Археократия. Обоснование этики.

раздел посвящен неотрадиционным направлениям в искусстве и литературе, и обсуждению работ наших авторов

Археократия. Обоснование этики.

Сообщение Александр Волынский 09 авг 2016, 14:45

Обоснование этики
Самым кратким образом задача этики формулируется Гартманом как "формирование у человека возможности отвечать за свои действия". Но такая ответственность предусматривает некую единую схему должествования, чего в реальности нет. В этом смысле этика является наиболее спорной областью философии. Разве существует единство морали? Разве сам этос не варьируется в зависимости от народа и эпохи? И надо ли теперь думать, что сама сущность блага изменяется в соответствии с конкретными лицами и обстоятельствами? На чем же должна держаться этика как наука? Этика обязана сама вскрывать цели, ради которых уже имеются все средства, причем цели высшие, абсолютные, которые не могут быть поняты как средства для чего-то другого. Как находятся чистые, абсолютно нередуцируемые цели?
По Гартману "Философская этика—это майевтика нравственного сознания. В соответствии с этим она действительно может устанавливать принципы, обучать принципам, которые без нее, пожалуй, не увидели бы никакого сознания. Но она не может выдумать или изобрести их из себя; она может лишь довести до сознания то, что в качестве принципа заложено в человеческой душе, то, что составляет этический принцип в себе." Этика должна быть нормативна не применительно к результатам, не эмпирически, но применительно к целям, которые усматриваются a priori. Такие априорные цели понимаются как "этические ценности".
Гартман протестует против попытки Ницше "переоценить ценности": "Если ценности можно «переоценивать», то их можно и обесценивать, можно создавать и уничтожать, они — дело рук человеческих, произвольны как мысли или фантазии. Недостатка в изобретательстве нет. Но выдуманное не имеет никакой власти над человеком. У него нет сил убедительно повлиять на его чувства, определить его действительное, чувствующее ценностное сознание, изнутри переориентировать его. Ибо ценностное сознание — чем бы оно помимо этого ни было — в первую очередь есть ценностное чувство, некий первичный, непосредственный контакт с ценным."
Вместе с тем, Гартман не сводит ценности к обязательным категориям, вроде законов природы или форм познания, поскольку суть человеческой природы составляет свобода выбора между добродетелью и грехом. "Между заповедью и поведением человека стоит свободное решение, открытый выбор за или против. Если бы заповедь была законом природы, то он вынужден был бы следовать ей слепо, как камень следует закону тяготения; тогда он был бы чисто природным существом, и в принципе, был бы подобен камню." Осознание того, что для человека всегда есть выбор между добром и злом представляет собой для Гартмана "первичный этический феномен", который Кант называл "нравственным законом" и который не все рефлексируют в ценностях, но все способны рефлексировать в мифе. Ребенок, слушая сказки, уже понимает кто положительный герой, а кто отрицательный, сказка это лучшая майевтика нравственного сознания. Ценностное а priori, которое непосредственно, интуитивно, чувственно наполняет наше практическое сознание, все наше восприятие жизни, дано человеку через эмоции, которые Блез Паскаль называл logique du Coeur – логикой сердца.
В Таблице Бытия априорные ценности расположены в сфере Сущего. Говоря языком Канта, ценности это "условия возможности благ". Но что значит опыт благ? То, что мы одно переживаем как приятное, другое как полезное, нужное, необходимое. «На опыте» при этом узнается только то, что соответсвующие вещи оказываются средством для того, чья ценность уже установлена ранее. И это установление интуитивно, неотрефлексировано, сомнения в нем нет ни до, ни после «опыта». Оно априорно. Христианин берет Иисуса за образец поведения, не потому, что Христос Бог, а потому, что поведение Иисуса основано на ценности любви, истины, справедливости, понятной не только христианину. Те христиане, что станут утверждать обратное ничего не поняли в учении Иисуса из Назарета, а продолжают костенеть в идолопоклонстве.
Не все люди обладают одинаковым ценностным чувством, многим из них недоступны высокие проявления духа, вместе с тем, ценностные заблуждения никогда не повисают в воздухе, а сталкиваются с реальностью. Так же как категории познания изоморфны категориям реальности, так и идеальные ценности должны соответствовать социальной действительности. Разоблачение ценностных иллюзий, вроде рессентимента, было бы вообще невозможно если бы система ценностей была совершенно оторвана от жизни, хотя отдельные люди и классы могут пребывать в этих иллюзиях очень долго. Ценности не детерминируют этическую действительность, но они ее организуют. Отдельный человек может всю свою жизнь поступать вопреки идеальным ценностям, но если все члены социума будут поступать так же, то социум, довольно скоро, превратится в ад. Фактически, из множества потенциальных ценностей каждый социум выбирает себе свою группу, в этом причина разнообразия моралей, но внутри социума все члены обязаны моральные нормы соблюдать, а эти нормы и есть актуализация идеальных ценностей. Так действуют вариационные принципы в этике.
Хотя Зло прямое следствие свободы воли его оправдание в системе идеальных ценностей недопустимо, это понимали все основные философские традиции, которые отдавали явное превосходство этическому Благу во всей системе категорий, вытесняя Зло в бренную реальность. Прежде всех был Платон, потом Аристотель с принципом Нус как принципом высшего совершенства; такова Стоя с двойственным понятием логоса как морального и одновременно космического первопринципа; таковы мастера схоластики, в той мере, в какой они расценивали наиреальное (ens realissimum) и наилучшее (ens perfectissimum ) как тождественные. Но точно так же дело обстоит и у Канта с его приматом практического разума, равно как и у Фихте с Гегелем, которые на этом основывали телеологическую диалектику мирового разума. Всюду, только в разных формах, основной аксиологический принцип положен в основу целого.
В чисто идеалистических системах Мировой процесс оказывается процессом становления ценного, он в себе самом, без человека, несет свое оправдание перед судом ценностей. Рассматриваемый в целом, полностью, он есть живая теодицея в которой человек превращается в злое начало, лишенное спасительной благодати без внешнего вмешательства. Антропоцентризм совершает другую ошибку, он объявляет злом окружающий мир, который человек обязан покорить или уничтожить, хотя бы через индивидуальное самоуничтожение. Гартман усматривает в системе этических ценностей выход из противоречия: "Этика производит синтез таких крайностей: греховная ничтожность человека не окончательна, исчезая в универсуме он , все же по-своему силен; человек — носитель высокого принципа, творец всего осмысленного и ценного в действительности, посредник высших ценностей в реальном мире. Природа связана своими законами, человек один несет высший закон в себе, с его помощью он «творит» в мире, или, точнее, закон творит через человека, через него выводит в действительное то, что сам предписывает в своей идеальности. Эту реабилитацию человека можно назвать чудом этического феномена, возвышенным в нем, тем, именно, что поистине возвышает человека над его только лишь присутствием в мире. Кантовские слова о «нравственном законе во мне», который по величию равноценен «звездному небу надо мной», выражают оправданный пафос этического самосознания."
אור לגויים свет народам
Аватара пользователя
Александр Волынский

 
Сообщений: 9389
Зарегистрирован: 30 мар 2010, 22:06
Откуда: Афула, долина Армагеддона, Израиль

Вернуться в Артель


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

cron