Россия вечная_с предисловием (часть 1)

подборка полезной литературы, обмен текстами и мнениями

Россия вечная_с предисловием (часть 1)

Сообщение Валерий Инюшин 09 дек 2011, 16:51

29 ноября 2011 г. в издательстве ЭКСМО вышел философский труд Ю.В. Мамлеева «Россия вечная» в новой расширенной редакции. Предисловие к книге написал ваш покорный слуга. Приобрести книгу можно во всех основных книжных сетях России и Москвы.

Предисловие (выдержки). Часть 1.

В книге «Россия Вечная» Мамлеев исследует глубины русской культуры и духа. В результате им создана совершенно новая трактовка русской идеи, фактически цельное философско-патриотическое учение, не имеющее нигде аналогов.
В «России Вечной», как почти и во всём своём творчестве Юрий Мамлеев желает избежать мертвенной завершённости, стремящейся дать категоричные ответы на все вопросы. Такой подход естественным образом вытекает из его понимания русской идеи и России, истинная суть которой, по его мнению, противится установлению окончательных форм и бесповоротного порядка.
Такая позиция подразумевает живой отклик читающих, фактически переход к живой ментальной беседе с самим автором, пусть даже вы находитесь за тысячи вёрст друг от друга. Не случайно общение, особенно общение на родном языке, Мамлеев считает одной из высших ценностей, дарованных русским людям Всевышним. И также не случайно многие моменты, изложенные в «России Вечной», хочется доанализировать, что-то развивая в предложенном мыслителем русле, что-то модифицируя, а с чем-то не соглашаясь. Именно, исходя из такой позиции, хотелось бы ввести читателя в грандиозное здание «России Вечной», начав таким образом диалог и с самим Мамлеевым.

Прежде всего, необходимо сказать, чем, с точки зрения Юрия Мамлеева, не является доктрина «России Вечной»:
Национализмом, ибо национализм, по его мнению, довольно часто сопровождается агрессивным отношением к другим народам.
«Простым патриотизмом», потому что доктрина «Россия Вечная» представляет собой гораздо более широкое философское учение, включающее, в том числе и патриотизм, в котором «исключительно важное значение имеют космологическая и метафизическая составляющие».
Религией, поскольку человеческое учение не может являться таковой. Религия же исходит от Высшей Силы.

Также неслучайно предисловие к данному труду открывается с проникновенных стихов иеромонаха Серафима, имевшего мирское имя Василий Муравьёв, которые я позволю привести себе здесь:

«Русская культура - это наша детская
С трепетной лампадой, с мамой дорогой.
Русская культура - это молодецкая
Тройка с колокольчиком, с расписной дугой.
Русская культура - это сказки нянины,
Песня колыбельная, горькая до слез.
Русская культура - это разрумяненный,
В рукавицах-варежках, Дедушка Мороз.
Русская культура - это кисть Маковского,
Мрамор Антокольского, Лермонтов и Даль,
Терема и маковки, звон Кремля Московского,
Музыки Чайковского сладкая печаль.
Русская культура - это дали Невского
В серо-белом сумраке северных ночей,
Это - радость Пушкина, горечь Достоевского
И стихов Жуковского радостный ручей.
Русская культура - это все, чем славится
Со времен Владимира наш народ святой.
Это наша женщина - русская красавица,
Это наша девушка с чистою душой.
Русская культура - наша жизнь убогая
С вечными надеждами, с замками во сне,
Русская культура - это очень многое,
Что не обретается ни в одной стране».

Пожалуй, это стихотворение весьма объёмно иллюстрирует сокровенную суть творческого метода познания мира и России самого Мамлеева – познания их посредством культуры, а ещё точнее – литературы и великого Слова.
Сквозь всю работу Юрия Мамлеева красной нитью проходят три четверостишия. Одно принадлежит перу Есенина, два других – Максимилиана Волошина.
Итак, гениальные Есенинские строки:

«Если крикнет рать святая:
«Кинь ты Русь, живи в раю!»
Я скажу: «Не надо рая,
Дайте родину мою».

по мысли философа, символизируют огромный комплекс идей, связанных с Россией Вечной.
Во-первых, необходимо отметить, что Мамлеев не видит объяснению такой позиции поэта в рамках обычной любви к родине. Он пишет: «Конечно, такая любовь, которая проявлена и в русской литературе, и в русской истории, не может быть объяснена обычной любовью к Родине. Для того чтобы ее понять, надо понять сам объект любви: Россию, русскую землю, Русскую Душу, ибо все это в общем единое».
Во-вторых, интерпретируя эти Есенинские строки, автор объясняет, что внутри России скрыто такое духовное сокровище, потеря которого не может быть компенсирована ничем, даже раем, который «для посвященного не более чем «тюрьма» (пусть и «счастливая»), в то время как Вечная Россия несравнима с этим состоянием по своей сути».
В-третьих, развивая предыдущие две идеи, автор приходит к выводу, что «пребывание в этом мире в какой-то мере важнее всего, потому что здесь можно и глубинно пасть, но зато и глубинно выйти, в самые такие бездны, которые открываются только в «панораме», в целостном, недоступном нам «видении» Высшего Мира».
Что же тогда делать русскому человеку, ощутившему именно такую небывалую любовь к своей родине. Ответ на это пытается дать Волошин в своём проникновенном стихотворении «Россия. 1915 год»:

«Сильна ты нездешней мерой,
Нездешней страстью чиста,
Неутоленной верой
Твои запеклись уста.

Дай слов за тебя молиться,
Понять твое бытие,
Твоей тоске причаститься,
Сгореть во имя твое...»

Здесь Волошин как бы частично расшифровывает Есенинское четверостишие. Россия проявляет свою настоящую суть только тогда, когда она выходит за пределы обычного человеческого бытия. Согласно философу «Россия остается Россией только тогда, когда в ней заключена некая сверхценность и высший смысл, но все, чем она живет духовно, как бы высоко оно ни было, не утоляет ее уста». Следовательно, только на пути молитвы за Россию и её понимания можно её причаститься как Духом Святым и жертвенно сгореть за её имя. А Мамлеев ещё больше раскрывает данный тезис: «Россия здесь и цель, и осуществленная реальность одновременно: в ее видимом бытии есть, кажется, вся ее тайна, не нуждающаяся в какой-либо исторической реализации, ее надо только видеть, понять, а с другой стороны, в ней видится нечто иное, что не под силу никакой истории, о чем можно говорить только в терминах космологической реализации, в терминах Вечной России».
Поэтому Россия Вечная существует не только в форме нашей исторической России, но также в своих других ипостасях в других мирах. Так, Мамлеев пишет: «… во Вселенной должны существовать аналоги «земной» России. Обобщая, вот эту Россию мы и будем называть Космологической Россией (или Космологическими Россиями, вариациями Космологической России)». Эти вариации можно назвать Космологическими Россиями. Космологические России – это те миры в сферах видимого и невидимого, в которых воплощены русская идея и русская. В них в разной степени могут проявляться те или иные качества, они могут иметь различные акценты – духовные, культурные, государственные, социальные. Несколько упрощая можно, например, представить себе Россию воинской славы, литературную Россию, Россию высоких психофизических практик, Россия гармоничного социального устройства, Россию технического прогресса, базирующегося на духовных принципах и т.д. Пример подобной инкарнации даёт и сам философ в повести «Наедине с Россией». Однако метафизический источник у них один – это Россия Вечная.
Если попытаться наиболее полно реализовать все те позитвные потенции, заключённые в России Вечной и в её космологических воплощениях в иных мирах, на уровне нашей земной родины, то, по мысли автора, возможной станет реализация идеи Великой России. Историческая Россия, по мнению Мамлееву, представляет собой уникальную цивилизацию, например, наряду с индийской, западноевропейской, китайской и исламской.
В то же время мыслитель совершенно чётко осознаёт, что наша родина оказалась в чудовищно сложном положении, чреватом многочисленными профаническими искушениями, геопололитическими и экономическими ловушками. Как он сам прямо пишет: «На карту поставлена наша жизнь и наша смерть».
В данном контексте Мамлеев видит три важнейших проблемы, требующих безотлагательного решения.
Во-первых, нужно исправлять демографическую ситуацию, связанную с убыванием населения и низким уровнем здоровья народа.
Во-вторых, необходимо безусловное сохранение истинной независимости страны от любых внешних сил, преследующих собственные интересы, которые естественно часто не совпадают с интересами России. При этом автор особо отмечает, что продолжающееся сокращение населения, прежде всего, государствообразующего русского народа грозит фактическим распадом страны.
Кроме того, подлинный суверенитет, безусловно, подразумевает высокий уровень обороноспособности, исключающий всякую вероятность военного вторжения на территорию нашей страны.
Но самое главное, как считает мыслитель, – в это отстоять «духовно-культурологическую безопасность», заключающуюся в сохранении исторической преемственности культуры и менталитета нашего народа: «Обобщенно говоря, речь идет о культуре (и о внутренней культуре тоже) – ибо именно через это страна выражает свою душу, свою особенность, свой дух, свою сущность и независимость. Разрушение собственной культуры фактически означает гибель и ассимиляцию любого народа».
В этой связи автор обращает внимание на то, что народы, сумевшие создать великие культурные и духовные ценности, как правило, были одарены поразительным историческим долголетием. При этом им отмечается, что «… мы создали за короткий срок (XIX – начало XX в.), — величайшую мировую литературу. А ведь искусство, литература — это зеркальное отражение состояния души человека».
В-третьих, существование колоссального социально-экономического неравенства подрывает, по мысли Мамлеева, возможность поступательного социально-экономического развития России на основе принципов и справедливости, соответствующих глубинным духовным чаяниям нашего народа.
Решение этих проблем, по мнению автора должны привести к проявлению следующих черт Великой России:
1. Миролюбие и подлинно демократическое устройство общества.
2. Полный набор средств, обеспечивающих защиту естественных национальных интересов.
3. Социальноориентированная экономика.
4. Самобытная цивилизация.
5. Высокая культура и духовность.
6. Истинный союз народа и государства.
7. И самое главное – это отношения между людьми, основанные на Любви и Мудрости.
На последнем хотелось бы остановиться особо.
Скротечность жизни человека, тленность его физической оболочки заставляют рассматривать его как довольно бессмысленное существо. Обретение человеком смысла своего бытия через Любовь Мамлеев считает самым важным условием для преобразования отношений между людьми. Когда к этому великому чувству прибавляется Мудрость, то, как сказал мне философ в своём интервью для Интернет-альманаха «Полярная Звезда», тогда «вы попадаете в совершенно другой мир, вы ощущаетесь этими людьми совершенно по-другому. Вы видите в человеке или самого себя, или продолжение себя, или какую-то скрытую мудрость от них получаете. Короче говоря, это просто такая развернутая чисто русская панорама человеческих отношений, в которой каждый человек – это уже какой-то кладезь, что в совокупности образует какое-то невыразимое богатство человеческих отношений».
Поэтому Мамлеев задается риторическим вопросом: «К тому же, как можно не любить человека, который говорит на том же языке, на котором говорите вы и ваши родители, который с детства читал те же книги, что и вы, те же стихи, и в сердце которого бьется та же нежная суть, те же песни, те же воспоминания о лесах и полях России? Мы образуем одну семью». В общем, вы находите отражение России в каждом русском человеке.
Последний раз редактировалось Валерий Инюшин 12 дек 2011, 11:49, всего редактировалось 2 раз(а).
Аватара пользователя
Валерий Инюшин

 
Сообщений: 577
Зарегистрирован: 11 авг 2011, 00:13
Откуда: Москва

Re: Россия вечная

Сообщение Максим Борозенец 09 дек 2011, 18:26

Как-то скупо... Хоть бы предисловие свое опубликовал, что ли.
Ex Borea Lux! - Из Севера Свет!
Аватара пользователя
Максим Борозенец
Администратор
 
Сообщений: 3429
Зарегистрирован: 30 окт 2009, 23:45
Откуда: Дания, Копенгаген

Россия вечная_с предисловием (часть 2)

Сообщение Валерий Инюшин 12 дек 2011, 11:48

В то же время для адекватной ориентации в здании, а вернее во вселенском соборе «России Вечной», посетитель должен видеть, прежде всего, физический и духовный огонь, исходящий из главной световой части храма будь то горящий иконостасом алтарь, купол, пропускающий солнечные лучи через многочисленные боковые отверстия или гигантский круглый витраж как в готических церквях.
Поэтому, не плутая вокруг да около, скажем, что центральной идеей этого труда является наличие трёх главных взаимосвязанных метафизических начал – Вселенского Мироздания – Абсолюта, Запредельной Бездны и их Посредника – России.
Казалось бы, с точки зрения традиционной философии перед нами возникает классическая божественная триада, например, имеющая интерпретации в христианстве в виде Бог-Отец (Творец), Бог-Сын (Божественный Логос) и Святой Дух или в индоевропейских религиозных системах более известных в своей индуистской ипостаси в виде Брахма (Творец), Вишну (Поддерживающий Вселенную) и Шива (Разрушитель отжившего). Однако эти вышеприведённые триады относятся, прежде всего, к интерпретации Абсолюта, в то время как Мамлеев выводит за его пределы Россию и Бездну. И это далеко не ортодоксальный подход, который не находит аналогов ни в Адвайта-веданте, ни в Православии.
Философия Мамлеева исходит из того, что в нашем физическом мире, действительно созданном или проявленном Абсолютом, присутствует отсвет или тень чего-то, что не имеет к этому Абсолюту непосредственного отношения. Присутствие этого Великого Нечто познаётся и интуитивно ощущается через метафизическое страдание или, говоря более философским языком, лишённость. Само это страдание или лишённость нужно понимать не буквально – как некий примитивный психофизиологический комплекс а-ля садомазохизм – и, следовательно, вкладывая в него сугубо отрицательный смысл, а как определённое духовное состояние, которое, конечно, довольно часто достигается в связи с реальными страданиями в нашем же реальном мире.
По мнению мыслителя, теснейшим образом с этим состоянием связана беспричинная тоска или, выражаясь латинским термином ностальгия, которая особенно присуща русским в России. Через это состояние, которое не только свойственно русским как представителям рода человеческого, но и пронизывает всё пространство и время России, включая русскую природу, формируется щель между этим миром, имеющим своё основание в Абсолюте, и Запредельной Бездной. Причём чем сильнее страдание и тоска, тем шире открывающаяся щель.
Как мне кажется, здесь можно выразиться по-Мамлеевски парадоксально – Абсолюта не хватает. Ещё более заостряя, можно сказать, что Абсолюта не хватает на всех. И особенно его не хватает на всех в России. Именно поэтому наш мир, являясь, с одной стороны, продуктом Абсолюта, с другой, испытывает сильнейшее влияние Великого Нечто – согласно Мамлееву – Запредельной Бездны. В рамках данной триады Вечная Россия является главным и единственным Посредником между Абсолютом и Бездной. То есть Россия является третьим метафизическим началом.
При этом, не смотря на то, что Бездна выражается через принцип лишённости и страдания, она всё-таки, скорее всего, не является их источником: «... недоступность Запредельной Бездны (так наиболее адекватно можно выразить эту сферу), принципиальная невозможность ее «реализации», «вхождения» в нее должна быть понята позитивно, иными словами, вступить в «контакт» с тем, чего «нет», можно только на основании принципа «тоски» и абсолютной лишенности ...». Как тут не вспомнить персонажа «То, чего не может быть» из стихотворной сказки Леонида Филатова «Про Федота-Стрельца удалого молодца». Следовательно, она (Бездна) не может считаться и главным источником основного негатива этого мира, получившего известность под названием зла. С другой стороны, страдание и зло, как считает автор, как-то связаны с Бездной.
Сам Мамлеев даёт следующее метафоричное определение Бездны и её связи с Абсолютом: «... Абсолют, по существу, является лишь «телом» истинно трансцендентного, а не его «сущностью» и «духом»; он «окружен» Запредельной Бездной, как Океаном, и является лишь «лодкой» в этом Океане («лодкой», в которой находимся и мы)».
В любом случае, если принимать Мамлеевскую триаду Абсолют-Россия-Бездна, то необходимо понимать, что из неё вытекает исключительное положение России как Посредника между двумя метафизическими полюсами. К тому же, мыслитель отмечает, что термин посредник не является стопроцентно точным для объяснения той роли, которую Россия Вечная играет в качестве метафизического начала.
Именно выходом за пределы всего и всех Юрий Мамлеев объясняет уникальное космологическое положение России, позволяющее ей существовать в виде множества воплощений России Вечной в различных мирах. Сам мыслитель идёт ещё дальше, заявляя, что «Россия неизбежно должна существовать и существует на всем необъятном космологическом уровне, а не только в пределах манвантар, то есть человечеств космических циклов, о которых говорится в индуистской космологии».
Среди главных причин, послуживших основанием для того, чтобы знаемая нами историческая Россия стала этим метафизическим посредником между Абсолютом и Бездной автор, цитируя Достоевского, акцентирует внимание читателя на том, что «самая коренная потребность русского народа – есть потребность страдания, всегдашнего и неутолимого, везде и во всем».
Почти все мы в своей жизни сталкивались с русскими людьми, для которых практически физически непереносимы ситуации, когда они лоб в лоб сталкиваются с чинимой несправедливостью или неправдой не только по отношению к ним самим, но и казалось бы посторонним людям, не говоря уже о каких-то более обобщённых и абстрактных вещах. В таком случае максима «пострадать за правду» становится для них насущной потребностью. При этом, Правда, в русской философии часто осознается как категория не полностью совпадающая с Истиной. Истина скорее научна и относится к миру фактов, в то время как Правда также воплощает в себе идею нравственной справедливости и даже возможность такого состояния, когда рациональное знание становится ненужным. Подобный подход высказывается и Достоевским, а вслед за ним и Мамлеевым.
Поэтому здесь уместно говорить не только о потребности страдания, но и о тотальной потребности Правды, а невозможность её реализации на земном уровне порождает в человеке состояние лишённости, проявляемой на поверхности в виде беспричинной тоски или ностальгии. Не случайно ностальгия – фактически родственное русской душе чувство.

Что касается конкретного, если подобный эпитет вообще уместен, воплощения России в качестве Посредника между Абсолютом и Бездной, то здесь Юрий Мамлеев выделяет семь важнейших метафизических проявлений:
1) Святая Русь, Православие;
2) Русская культура;
3) «Вторая реальность» и русское бытие;
4) Невидимое мировоззрение, связанная с русской протоисторией, уходящей корнями в мифическую Гиперборею;
5) Сакральный Хаос;
6) Русь Востока, Русь Самопознания;
7) «Последние отношения», связанные с Запредельной Бездной.
Как отмечает сам мыслитель, «Все эти «проявления» или сущности России существуют на разных уровнях реальности, некоторые из них как будто несовместимы друг с другом, но, тем не менее, они отражают глобальные страницы Вечной России, как она отражена в России исторической, образуя некое непознаваемое на уровне человека Единство».
По мысли автора, данные проявления связаны между собой особым образом. Прежде всего, Мамлеев выделяет исключительную роль Православия, представляющее, на его взгляд, безусловную духовную вертикаль.
Православие выделено как религия личного спасения русских людей особым образом, поскольку само это спасение абсолютно необходимо для воплощения России Вечной.
Суровая действительность свидетельствует о том, что европейская цивилизация «переживает постхристианскую эру». На Западе процесс профанации уже практически окончательно завершился в протестантских церквах и завершается в католичестве. Однако сам философ надеется, что «Православие остается последней твердыней христианства». Хотя, конечно, глядя на современные страны, по традиции считающиеся православными, за это начинаешь сильно опасаться. Помимо чисто «житейских» наблюдений вроде низкого морального облика священства, его сотрудничества с реально контртрадиционными силами в государственных структурах, жажде стяжательства в высших эшелонах клира, фактической профанации рукоположения, когда оно даётся абсолютно недостойным людям и т .д., существуют и более серьёзные аргументы.
Основной из них заключается в том, историческая Россия оказалась подверженной мощнейшему влиянию либерально-потребительской идеологии, насаждаемой сейчас по всему миру под эгидой глобализации. А именно потребительское общество и «материалистическая цивилизация голого чистогана» являются главным и самым эффективным разрушителем любой традиционной религиозности, с чем согласен и Мамлеев. В этом плане, как это ни парадоксально, русский коммунизм оказал неоценимую услугу русскому Православию, продлив его истинный традиционный дух. В частности Мамлеев пишет об этом таким образом: «...коммунизм разрушил традиционные формы духовной жизни, в результате чего в сознании многих людей образовалась некая метафизическая пустота, которая нередко понималась как серьезное и неожиданное испытание перед лицом Ничто. Такое испытание имело не только негативные, но и глубоко позитивные последствия, истинная природа которых станет ясной с течением времени».
Резюмируя же тему Православия необходимо сказать следующее. Трагедия Православия состоит в том, что оно, на первый взгляд, неким парадоксальным образом несколько продлив свою традиционную сущность в XX веке в результате титанического эксперимента русского коммунизма, теперь в первой четверти XXI века может её утратить. Как мне кажется, после окончания эпохи русского коммунизма торжество общества потребления приводит к риску стремительной профанации Православия. То есть, если ленинско-троцкистский период 1917-1928 гг. прошёлся кровавым мечом по русскому Православию, не затронув, однако, его сердца, то гнилая либерально-потребительская россиянская модель уже воткнула в него свой острый рог золотого тельца. Стоит также пояснить, что когда говориться о риске профанации Православия, то, конечно, речь не идёт о самой священной доктрине, а имеется в виду отпадение людей от традиции и деградации формальных религиозных институтов. Опять-таки для Мамлеева здесь важнее идеальное Православие в традиционном смысле этого слова.
В этой связи необходимо отметить такое важное явление как уход истинного духоискательства на институциональную периферию, существование его подчас в маргинальном виде, потому что официальные инстанции, претендующие на следование Традиции, становятся всё в большей мере захвачены Системой, то есть Порядком и, следовательно, в конечном итоге силами контртрадиции, что не исключается и Мамлеевым.
Конечно, в свете вышеизложенного перед нами начинает маячить образ, свидетельствующий о необходимости или возможности «новой» религии. Однако, такую постановку вопроса Мамлеев считает опасным искушением: «Нужно определенно ответить, что «религия» не может быть изобретением людей (они, правда, могут неправильно понимать или искажать сущность Откровения), и не только «новая религия», но и любые кардинальные изменения в традиционных религиях (если об этом вообще возможно говорить) относятся к сфере санкций высшего мира, сверхиндивидуального источника, иными словами, непосредственно Бога. Все иное, если речь идет об открытии «новой» именно религии, несомненно, идет от контртрадиции, которая еще опаснее обычного профанизма».
В любом случае доктрина «России Вечной» не отрицает возможность появления новых внерелигиозных учений, связанных с Богореализацией и Освобождением, основанных как на существующих традиционных духовных знаниях, так и на знаниях, которые предстоит поднять из глубин тысячелетий или прийти к неким совершенно новым открытиям в этой сфере. Последнее особенно важно, поскольку вступление в Эпоху Водолея будет означать постепенное свёртывание Кали-Юги и воссоздание духовности Человечества на новых основах, и роль России Вечной в этом процессе трудно переоценить.
Последнее опять-таки понятно, исходя центрального положения доктрины Мамлеева, постулирующей, что Россия является главным связующим звеном между Абсолютом и Запредельной Бездной. Тайна связи с Бездной как раз и образует «самое скрытое, тайное, «неуловимое» и, вне всякого сомнения, самое эзотерическое измерение России, существующее на уровне «ночи», окружающей светоносный Центр, Ночи, или Тьмы в смысле невозможности объять это качество, выражающее выход за пределы Абсолюта».
В этом смысле «Последние отношения» каким-то образом связаны с эзотерическим Невидимым Центром, «в котором содержится высшая (из «возможного») полнота Знаний о Боге и вселенных, но который скрыт от человеческого взора и периодически исчезает для мира вообще». Автор предполагает, что «в глубоком прошлом нашего протонарода, нашей страны хранится неузнанная тайнореальность, наиболее дальние корни которой ведут, вероятно, в доведический запредельный слой, возможно связанный с так называемым Невидимым Центром».
Здесь нужно вспомнить, что, по мнению Мамлеева, русская тяга к запредельному выражается в культуре и, прежде всего, в великой русской литературе. Ведь именно через истинную литературу, через её образы русский человек вступает каждый раз в «последние отношения» с окружающей действительностью, с самим собой и Богом и тем, что является источником его беспричинной ностальгии. Все эти художественные образы и основанная на них философия созданы при помощи русского языка. Именно при помощи русского языка только и возможны истинные отношения с Россией, когда она становится сакральной женой русского духоискателя.
Именно поэтому русскому как идее высшего языка отводится особое место в последних литературных произведениях Мамлеева – повести «Наедине с Россией» и романе «После конца». В последнем герои постчеловечества даже лечатся при помощи русского языка, сами звуки которого божественны. Если же ещё раз обратиться к центральному тезису «России Вечной» о роли России как метафизического посредника между Абсолютом и Бездной, то русский язык в таком случае является священным инструментом общения с этими двумя великими Началами. И поэтому, если исторической России вдруг доведётся окончательно выпасть за пределы этого Человечества, то после неё останется великий русский язык, который даст ему шанс вступить в «последние отношения» и, тем самым, осуществить тайный сакральный смысл своего существования.
Аватара пользователя
Валерий Инюшин

 
Сообщений: 577
Зарегистрирован: 11 авг 2011, 00:13
Откуда: Москва


Вернуться в Библиотека


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1