Когнитивистика, метафора и культура

Когнитивистика, метафора и культура

Сообщение Олег Гуцуляк 21 июл 2015, 19:53

Профессор лингвистики Калифорнийского университета в Беркли; Джордж Лакофф стал одним из основоположников когнитивной лингвистики и теории воплощенного познания — нового направления философии: мышление изучается здесь исключительно в рамках телесности. Лакофф, бывший ученик и главный оппонент Ноама Хомского, опровергает идею «синтаксис über alles» и утверждает, что семантика — главная составляющая языка, а основа мышления — метафора. С теорией метафор связана его революционная идея о том, что человек мыслит в концептуальных рамках и неосознанно адаптирует поступающую информацию о мире так, чтобы втиснуть ее в эти рамки.
PRM расспросил лингвиста Лакоффа о том, почему люди — скорее прирожденные поэты, чем рациональные потребители, какими их изображают экономисты и нейробиологи.

Е. К.

У вас репутация ученого, впервые за две с половиной тысячи лет оспорившего Аристотеля и вообще пошедшего наперекор доминирующей философской мысли. Когнитивная наука в будущем должна стать базой всех прочих?

Д. Л.

Когнитивистика занимается мышлением, которое представляет собой основу всех наук, и, конечно, в идеале все ученые должны быть с ней знакомы — это даже не междисциплинарная, а внедисциплинарная область науки. Мы, когнитивисты, объединили исследования, относящиеся к разным сферам. Когнитивная лингвистика появилась примерно 40 лет назад, но она держалась поодаль от нейробиологии и нейропрограммирования. Мы мало пересекались, мало знали друг о друге, и лишь с конца 1980‑х годов принялись работать над объединением этих сфер — и открыли много нового. Cамое главное, пожалуй, — как наши язык и идеи возникают не в сознании, а при тесном взаимодействии сознания и тела, которое совершает набор определенных действий и функционирует в обществе. Это привело нас к пониманию того, как действительно работает мозг.
Телесность ума — вроде бы совершенно очевидный концепт, но для истории философии довольно радикальный. Самая важная характеристика телесного ума — это мультимодальность, то есть связь разных форм телесности в мозгу.
В классической науке изучением мозга занимались отдельно, как будто его связь с телом совсем не важна. Если это было бы правдой, у нас бы никогда не появилось бы ни одной мысли — мы не могли бы выстроить комплекс представлений о мире и уж тем более испытывать эмоции.
Сейчас у нас есть доказательства того, что все в теле взаимосвязано: визуальное восприятие привязано к моторике, системе сенсоров, эмоциям. Это означает, что у нас всегда включен более чем один канал восприятия. Это и стало ключом к пониманию того, как работает концептуальная метафора. Метафора основана на телесности понимания: сама возможность существования метафоричности доказывает, что мы воспринимаем вещи посредством других вещей. Концептуальные метафоры основаны на «понятийных примитивах» (conceptual primitives), таких как движение, вращение, напряжение. Все основные идеи, которые к нам приходят, зависят от того, как функционируют и взаимодействуют с пространством наши тела. Мы обнаружили, что это и порождает концептуальные метафоры — да и вообще весь процесс мышления.

Е. К.

Теория телесного ума опровергает как объективистов аристотелевского толка, так и нынешних релятивистов постмодерна. Как можно вдруг взять и перечеркнуть две с половиной тысячи лет философской мысли?

Д. Л.

А почему нет, если теория эмпирически верна? Объективисты и релятивисты — это две стороны одной медали: одни придумывают какие‑то концепты правды из воздуха, другие бездоказательно отрицают наличие априорной правды. У нас же есть дюжина доказательств, телесный ум — это сугубо научная теория.

Е. К.

Почему тогда такие столпы лингвистики, как Хомский, обвиняют вас именно в ненаучности?

Д. Л.

Это длинная история. Я был одним из первых его учеников в 1961 году. Его идея базируется на формальной логике — манипуляции бессмысленными символами. Согласно формальной логике, символы лишены смысла, его им можно только придать с помощью правил манипуляции ими. По теории моделей, значение основано на правде, но под правдой подразумеваются абстрактные идеи, которые объясняют мир вокруг. Эволюционная биология доказывает, что это не так и мир — не философская абстракция, а вполне объяснимые физические процессы. И сознание человека тоже подчиняется этим законам.
Хомский же считает, причем до сих пор, что предложение — это набор бессмысленных символов, а язык — набор таких вот предложений, тогда как грамматика — это просто алгоритм, свод правил, который генерирует и придает смысл символам. Сама идея генерирования, основанная на разделе математики, который называется formal grammars, придумана математиками в 30 – 40‑х годах прошлого века.
Главная идея Хомского заключается в том, что грамматика не зависит от семантики (значения), и это мне уже тогда показалось странным. Позже выяснилось, что это не только странно, но и в корне ошибочно! Я стал смотреть на примеры предложений и их грамматику и заметил, что в каждом примере грамматика напрямую зависела от значения. Наречия места, скажем, непосредственно зависят от направления движения. Необходимо понимать значение глагола и смысл всего предложения, чтобы понять, как грамматически работают наречия. Контекст невероятно важен! Эмпирическим путем я доказал, что сугубо математическая теория Хомского просто не работает в реальной жизни, я убедил в этом и других его учеников первого поколения, а он разозлился и стал атаковать меня и остальных. На любые самые убедительные эмпирические примеры он отвечает, что в грамматике есть только одно правило — рекурсия.
Это ничего не объясняет, потому что даже теория рекурсии в любом случае завязана на нервной системе и не имеет отношения к бессмысленным символам.
Но многие до сих пор игнорируют этот факт и продолжают использовать теорию Хомского. Знаете, почему в Америке очень мало факультетов лингвистики — 40 или 50, тогда как факультетов психологии — 1200 и 2000 факультетов философии? Не просто так. По Хомскому, лингвистика — это отдельная область, ведь язык не зависит ни от чего и ни на что не влияет, так что зачем открывать больше таких факультетов? А те немногие программы по лингвистике, что существуют, в основном контролируются последователями Хомского, и поэтому именно они определяют направление развития лингвистики как науки в целом.

Рекурсия

Лингвистическая универсалия, способность языка порождать вложенные предложения и конструкции, то есть — шире — возможность распространять однажды примененные правила на результаты первого применения; способность ветвить, расширять высказывание на бесконечное множество новых предложений.

Е. К.

У них нет доказательств, что язык — это абсолютно автономная функция в человеке?

Д. Л.

Конечно нет, это абсолютная нелепость, это нелогично и просто неправда. Когда Хомский стал меня всячески оскорблять в прессе, я предпочел просто не обращать внимания — мне неинтересно ему что‑то доказывать и воевать с ним, я пацифист, я просто занимаюсь своей работой и пишу книги.

Е. К.

Вернемся к вашим метафорам. Вы говорите о метафоричности нашего мышления, метафоре как его основе, но где тогда заканчивается метафора и где начинается неметафорическая правда?

Д. Л.

Я стараюсь объяснить это в книге «Философия во плоти» (Philosophy in the Flesh). У истоков правды находится понимание, и невозможно сказать, что правда, а что нет, если не понимаешь значения. Вопрос на самом деле в том, что такое понимание. Как раз это моя теория и пытается объяснить. У нас очень физические отношения с миром, мы видим, нюхаем, трогаем — все это крайне тактильное восприятие, мы взаимодействуем с миром круглые сутки, но что мы считаем правдой? Есть весьма интересное исследование на эту тему — результаты экспериментов доказывают, что если нам что‑то показывают или мы что‑то трогаем, то в течение 8,2 тысяч миллисекунд мы воспринимаем объект бессознательно, прежде чем включится сознательное восприятие. В большинстве случаев в течение этих миллисекунд вы адаптируете полученную информацию об объекте к представлениям о мире, которые у вас уже есть, к которым вы привыкли. То есть скорее всего вы игнорируете часть информации, полученную посредством зрения, обоняния, прикосновения. И вы не только игнорируете, но и изменяете ее до того момента, когда она будет доставлена в ваше сознание! То есть то, что вы сознательно думаете, видите, чувствуете и т. п., может на самом деле не быть тем объектом, что перед вами в реальности.

Е. К.

Это то, что привело вас к концепту телесного, «воплощенного» реализма (embodied realism)?

Д. Л.

Да. То, что вы воспринимаете уже сознательно, — это всегда то, что вы уже можете понять. Это и становится вашей реальностью, и она не обязательно такая же, как у другого человека. Это особенно интересно отражается в политике. Если у вас есть какая‑то идеология (или, скорее, просто представление о морали), то оно влияет на ваше восприятие фактов и политических аргументов. Это механизм работы нашего мозга, который очень тесно связан с нашим телом, тесно взаимодействующим с миром. Информация, поступающая из мира, неизбежно адаптируется вами к структуре, которая у вас уже есть. Я называю этот процесс идеально адаптирующейся (best-fit) системой.

Е. К.

Можно сказать, что ваша теория фундаментально либеральная, левая?

Д. Л.

Нет, моя теория фундаментально научная. Вот вам пример про эффект Мак-Гурка. У вас есть видео, где человек произносит «ба», потом вы видите этого же человека, и он говорит «га», потом комбинируются картинка от «га» и звук «ба» — в итоге люди слышат «да», то есть ни «га», ни «ба», а как раз звук, который посередине, то есть что‑то среднее от обоих. Мы не воспринимаем информацию исключительно глазами или ушами, подобных экспериментов было проведено множество, и каждый раз получается один и тот же результат.
Если вы следите за развитием разных отраслей когнитивистики, они все приходят к одинаковым выводам, тут нет моей предвзятости. И политика здесь ни при чем: можно быть либералом или консерватором, но теория остается верной.

Е. К.

Но все же это подтверждает положение Маркса о том, что бытие определяет сознание.

Д. Л.

Я не имею никакого отношения к марксизму. Идеология — не двигатель моих научных исследований, так делают только горе-ученые. Наоборот, научные выводы из когнитивистики влияют на идеологию и политику.

Е. К.

Ваши исследования базируются исключительно на английском языке. Можно ли их с легкостью экстраполировать на другие языки?

Д. Л.

Да, конечно, лингвисты в разных странах мира тестировали мою теорию метафоры — во Франции, России, Китае, Иране. И это работает везде. Но если у вас заведомо есть представление, что такое идеология, мышление и язык, то это отразится на научных исследованиях, то есть если лингвист — идейный последователь Аристотеля, Хомского или вообще постмодернист, то, конечно, он вряд ли даже будет смотреть в сторону телесного ума, а сразу просто спишет теорию со счетов: тут сработает идеально адаптирующаяся система. Но есть люди и без строгой идеологии, и открытые к анализу метафор.

Е. К.

Вы как один из немногих современных ученых, опровергающих Аристотеля и Декарта с его разделением тела и разума, следите за исследованиями в области искусственного интеллекта? Они в целом основаны именно на картезианской идее и предполагают, что можно реплицировать наш мозг, мыслительные процессы и создать андроида. Но если наш мозг тесно привязан к физическим процессам в теле, то как это вообще возможно?

Д. Л.

Да, вы правы, но все немного сложнее. Искусственный интеллект основан на манипуляции бессмысленными знаками — очень упорядоченным и системным образом. И такие последовательности, состоящие из бессмысленных знаков, можно переместить или соединить с другой похожей системой — компьютеры работают именно по такому принципу. Так что, конечно, искусственный интеллект — это манипуляция бестелесными символами. Но есть модели мозга, создающиеся с помощью компьютерной теории, основанной на нейробиологии и когнитивной лингвистике. На протяжении последних 20 лет я помогал экспертам по нейропрограммированию инкорпорировать их компьютерную модель мозга человека для создания искусственного интеллекта. Возможно создать компьютерную модель, наиболее приближенную к реальности, но, конечно, всегда сохраняется разница между моделью и реальностью.
Например, прогнозы погоды составляются по компьютерной модели, и часто они довольно точны, но не всегда. Модель погоды на завтра не может заставить вас промокнуть, но если вы попадете под ливень, то вымокнете до нитки. С компьютерными моделями мозга похожая история: даже самая продвинутая, приближенная к реальности модель нашего мозга не может думать, мыслить — это наш мозг думает. Искусственный интеллект сейчас не может копировать процессы мышления в нашем мозгу.

Е. К.

Но как мы вообще можем создать искусственный интеллект? Ведь это означает очень высокий уровень понимания, что такое человек, а, как вы говорите, 98 % мыслительного процесса происходят без участия сознания. И каким образом мы могли бы смоделировать наш мыслительный процесс, если мы не можем создать человеческое тело для андроида?

Д. Л.

Да, конечно, это невозможно в том виде, как показывают в кино, скажем, но некоторые аспекты телесности можно так и смоделировать. Вопрос опять же в том, насколько близко эта модель будет походить на человеческое тело с его физическими процессами. Я не знаю ответа на этот вопрос, да и никто не знает, все просто гадают. Я не уверен, что можно реплицировать мыслительные процессы нашего мозга, а тем более такие базовые человеческие качества, как эмпатия. Но некоторые поведенческие характеристики можно смоделировать, и я не против этого. Просто не должно быть иллюзий насчет искусственного интеллекта: в лучшем случае это будет успешное моделирование, а не какой‑то сверхразум, который превзойдет нас и захватит мир.

Е. К.

А почему вы уверены, что метафора — глубинная основа нашего мышления, если оно по большей части бессознательно?

Д. Л.

Есть научные доказательства. Большинство мыслительных процессов можно описать на основе одних и тех же принципов. Я давно привожу пример про любовь как путешествие — можно заметить, что метафоричность присутствует на всех уровнях: влюбленные часто воспринимаются как путешественники, их отношения — как средство передвижения, а цели — как пункты назначения; отсюда marriage is on the rocks или we are spinning the wheels — все частные случаи базовой метафоры. Можно задаться вопросом, почему вообще мышление основано на таких общих метафорах. Я обнаружил, что это просто свойство человека как физической системы, оперирующей по законам термодинамики, то есть склонность к описанию и обобщению уже заложена в нашем мозге, и это закладывается очень рано — уже в утробе. Штука в другом: верная и работающая теория должна уметь предсказывать случаи, а не быть исключительно описательной. Так вот, вскоре после моего открытия метафоры «любовь как путешествие» вышла песня со словами: we are driving in a fast lane on a freeway of love. То есть теория метафоры может предсказывать творческие идеи. И современные лингвистические эксперименты тоже подтверждают теорию. Например, лингвист Адель Голдберг взяла два предложения: she greeted him sweetly и she greeted him kindly. Можно подумать, что предложения одинаковы по смыслу, по содержащейся «правде», но первое предложение активизирует вкусовые рецепторы в мозгу, а второе — нет, потому что это именно метафора сладости и доброты, на которые у нас возникает физическая реакция; отсюда разница в восприятии их смысла. Множественные эксперименты с метафорами хорошо описаны в книге «Громче слов» (Louder Than Words) Бенджамина Бергена.

Е. К.

Есть ли разница в формах метафоричности между людьми разных классов, образования, культур?

Д. Л.

Нет, так как сама способность к метафорическому мышлению основана на физической мультимодальности — связи визуального восприятия и моторики.
Есть ряд метафор, которые называются первичными (primary), и они связывают эти разные модальности, то есть мультимодальная структура мозга определяет паттерн нашего мышления, которое может понять и осмыслить что‑то только посредством другого предмета и никогда в вакууме. Это ужасно интересный процесс!

Е. К.

Получается, нет никакой связи с предрасположенностью к литературе, с особым владением словом?

Д. Л.

Наше мышление дает возможность развивать литературный вкус (literary sensibility), иначе не было бы поэзии. Но метафоричность мышления — это данность, а не многие годы изучения литературы, она есть у всех людей.

Е. К.

Значит, природа человека очень творческая? То есть, быть может, человек вовсе не рациональный потребитель, как часто принято сегодня думать?

Д. Л.

Именно! Мы же постоянно творчески интерпретируем мир.

Е. К.

Я бы не сказала, что это распространенное мнение…

Д. Л.

Конечно, если ваш мозг заполнен Аристотелем, то вам сложно поверить в это, как и предлагает теория нейробиологии: вы просто адаптируете информацию, которая противоречит вашим сложившимся идеологии и системе ценностей, и остаетесь при своей вере. Это вовсе не удивительно для меня как ученого. Хотя на самом деле это абсолютно противоречит всем научным представлениям о теле и мышлении человека.
Идея о человеке как исключительно разумном существе, пришедшая из Возрождения и, в частности, из трудов Декарта и живая до сих пор, не меняется с середины XVII века и преподается в университетах. Это приводит к тому, что люди в том, что касается, скажем, политики, считают, что достаточно предоставить сухие факты, чтобы человек рационально обдумал их и пришел к логичному выводу. А ведь этого не происходит, люди не приходят к консенсусу и одному логичному выводу, даже располагая одними и теми же фактами. Это просто противоречит всем открытиям когнитивистики.
Хороший пример — борьба демократов с республиканцами в Америке. Демократы чаще всего уверены, что, предоставив факты, они достучатся до людей и привлекут их на свою сторону. Однако человек с консервативным мировоззрением пропустит их факты через свою призму восприятия и просто пройдет мимо.
Я не говорю, что факты и правда не важны! Правда очень важна, но просто сама по себе она не сильнее, чем «своя правда», изначально присутствующая в голове человека.

Е. К.

То есть прозрачность информации не может стать панацеей от общественных бед, как сегодня принято думать?

Д. Л.

Именно так, потому что прозрачная информация, какой бы невероятной по силе она ни была, будет профильтрована через концептуальную структуру отдельного человека.
Безусловно, я за прозрачность, просто она не работает так, как люди этого ожидают, — свободы и демократии от нее больше не становится.
Теория прозрачности базируется на идее «видеть — значит понимать», а это ложная метафора, которая уходит корнями в еще более ложную теорию рациональности.
Настоящая теория рациональности — это идея о том, что мы думаем посредством фреймов, метафор, нарративов; наш мозг склонен адаптировать поступающую в него информацию, и поэтому мы приходим к различным умозаключениям. Это и есть теория телесной рациональности (embodied rationality), и она очень отличается от антинаучной картезианской теории рациональности. То есть я не оспариваю рациональность как таковую, я просто хочу дать ей действительно научное определение.

http://primerussia.ru/interview_posts/540
All this has happened before. All this will happen again - Всё это было прежде, и повторится вновь.
So Say We All - И Это Наше Слово.
Pro Aris et Focis : За алтари и очаги!
http://falangeoriental.blogspot.com
Аватара пользователя
Олег Гуцуляк

 
Сообщений: 4627
Зарегистрирован: 31 окт 2009, 01:22
Откуда: Ивано-Франковск, Галиция, Украина

Re: Когнитивистика, метафора и культура

Сообщение Олег Гуцуляк 22 июл 2015, 01:56

Синестезия — это явление восприятия, когда при раздражении одного органа чувств наряду со специфическими для него ощущениями возникают и ощущения, соответствующие другому органу чувств, иными словами, сигналы, исходящие от различных органов чувств, смешиваются, синтезируются. Человек не только слышит звуки, но и видит их, не только осязает предмет, но и чувствует его вкус. Слово «синестезия» происходит от греч. Συναισθησία и означает смешанное ощущение (в противовес «анестезии» — отсутствию ощущений).

Вот что писал в автобиографии Владимир Набоков:

"Исповедь синэстета назовут претенциозной и скучной те, кто защищён от таких просачиваний и отцеживаний более плотными перегородками, чем защищён я. Но моей матери всё это казалось вполне естественным. Мы разговорились об этом, когда мне шёл седьмой год, я строил замок из разноцветных азбучных кубиков и вскользь заметил ей, что покрашены они неправильно. Мы тут же выяснили, что некоторые мои буквы того же цвета, что её, кроме того, на неё оптически воздействовали и музыкальные ноты. Во мне они не возбуждали никаких хроматизмов".

Кроме самого Владимира, синестетиками были его мать, его жена; синестезией обладал и его сын Дмитрий Владимирович Набоков.
All this has happened before. All this will happen again - Всё это было прежде, и повторится вновь.
So Say We All - И Это Наше Слово.
Pro Aris et Focis : За алтари и очаги!
http://falangeoriental.blogspot.com
Аватара пользователя
Олег Гуцуляк

 
Сообщений: 4627
Зарегистрирован: 31 окт 2009, 01:22
Откуда: Ивано-Франковск, Галиция, Украина

Re: Когнитивистика, метафора и культура

Сообщение Александр Волынский 22 июл 2015, 10:00

Понимание это всегда рождение нового синапса т е образование новой связи в мозгу. Понятно, что новая связь может возникнуть только на основании УЖЕ СУЩЕСТВУЮЩЕЙ СЕТИ.
Врожденный синтаксис Хомского основан на тех самых структурах на которых вообще формировалась членораздельная речь. Тонкая моторика пальцев и тонкая моторика речевого аппарата восходят к одному центру, а координация между зрением и моторикой очевидна.
Ассоциативность мышления это основа метафоричности, а ассоциации связаны с историей жизни. Но ведь существуют и ВРОЖДЕННЫЕ ПАТТЕРНЫ вроде паттернов сосания, хождения. Речь основана на врожденном синтаксисе, а не на врожденной семантике. Логика Аристотеля это и есть врожденный синтаксис.
Другое дело, что эволюционно синтаксис не сформировался на пустом месте, а оказался связан с визуальными и двигательными "примитивами". О том, что наше сознание конструирует "окружающий мир" известно со времен опытов Ньютона, который разложил белый цвет на спетр. В цветовом зрении есть три "примитива" - рецепторы красного, зеленого и синего. Из сигналов этих рецепторов по определенному электро-химическому алгоритму (смена потенциалов и концентраций) формируется ощущение всех оттенков, даже тех которым в природе не соответствует вообще никакая электромагнитная волна, вроде сиреневого.
Критика Хомского связана с его концентрацией на синтаксисе и игнорировании семантики. Я скорее согласен с Хомским поскольку РЕКУРСИЯ это универсальное свойство всех иерархических систем комбинирующих элементы в новые элементы новой системы..
Почему дети учать язык не так как взрослые? Потому, что у ребенка растет мозг т е каждый новый слой нейронов может взять на себя функцию управления над более глубоким слоем. Но поскольку взрослый человек может овладеть вторым языком это означает, что мозг способен формировать новую стуктуру, но только через уже существующую. Семантика вторична.
Логика построена на фразе "если .... то...." это СВЯЗЬ между состояниями, на уровне мозга это обычная рефлекторная дуга т е синапс. Рекурсия это замыкание рефлекторной связи внутри мозга. Человек не просто конструирует мир сенсорами он эту конструкцию рефлексирует в языке т е преображает и развивает. Слова не порождают язык, это язык порождает потребность в словах и эти слова ребенок берет у взрослых.
Теория прозрачности базируется на идее «видеть — значит понимать», а это ложная метафора, которая уходит корнями в еще более ложную теорию рациональности. Настоящая теория рациональности — это идея о том, что мы думаем посредством фреймов, метафор, нарративов; наш мозг склонен адаптировать поступающую в него информацию, и поэтому мы приходим к различным умозаключениям. Это и есть теория телесной рациональности (embodied rationality), и она очень отличается от антинаучной картезианской теории рациональности. То есть я не оспариваю рациональность как таковую, я просто хочу дать ей действительно научное определение.

Картезианский дуализм это выражение дуализма мозга и мира. Отрицать Декарта это значит отрицать системную автономию мозга. "Если мыслю - то существую" это пример рекурсии, вся наука построена на этом.
Другое дело, что формальная логика для полноценного понимания инструмент очень слабый. Математика, как вершина формальной логики, совершенно не понятна абсолютному большинству людей.
Антинаучной как раз является embodied rationality, не в смысле вредной теории, а в смысле отрицания научной логики. Давно известно, что люди слышат только, то что хотят услышать и видят только то, что хотят воспринять. Но это вовсе не значит, что прозрачность власти не влияет на народ. Логика простая - "если власть что-то скрывает, то боится ответственности". Скрывать надо только то, что может быть использовано врагами народа против народа. Но власть любит утверждать, что НЕТ ДУАЛИЗМА между народом и властью, а " если нет дуализма, то прозрачности могут требовать только враги" т е власть очень логична в своей нелюбви к логике.
אור לגויים свет народам
Аватара пользователя
Александр Волынский

 
Сообщений: 9394
Зарегистрирован: 30 мар 2010, 22:06
Откуда: Афула, долина Армагеддона, Израиль

Re: Когнитивистика, метафора и культура

Сообщение Неомарксист 22 июл 2015, 14:31

Серль своей "китайской комнатой" опроверг возможность создания искусственного интеллекта путем редукции семантики до машинного синтаксиса.
Человеческий мозг это не набор дискретных автоматов, формализованных в синтаксисе, а невероятно сложная иерархически влоденная срстема с бесконечным недетерминированным количеством состояний, порождающих разум.
Поэтому создатели ИИ и топчутся сейчаа на месте, пытаясь с помощью дискретнвх автоматов сымитировать работу аналогового мозга, что также реально как научить обезьяну высшей математике, показывая ей кубики с формулами и математическими знаками.
С помощью цифровой техники можно максомум добиться имитации мышления на основе сопгставления реальным явлениям формальных символов взятых их таблицы соответствия машинной базы данных. Но это будет именно имитаций работы мозга, грубой редукцией, без самосознания и качественного творческого развития, а только лишь перекладыванием кубиков синтаксиса формализованнрго знания.
Форум "УРАНОПОЛИС: Содружество Духовных Коммунистов"
http://newleft.forum24.ru/
Аватара пользователя
Неомарксист

 
Сообщений: 1809
Зарегистрирован: 02 авг 2010, 00:12
Откуда: Питер

Re: Когнитивистика, метафора и культура

Сообщение Олег Гуцуляк 24 июл 2015, 18:47

Сергей Дацюк: Жесткий вызов мышления

Самый большой вызов для человечества это вызов мышления. У мышления нет никакого утилитарного смысла. Без мышления можно выжить, если не случается каких-либо катаклизмов.

Даже кризис не всегда возрождает мышление. Удастся удержать мышление — кризис будет преодолен относительно быстро и превратится в развитие. Не удастся удержать мышление — кризис затянется надолго и превратится в застой и разрушение.

Удержать мышление означает не просто иметь мыслителей, которые наперекор всему мыслят. Удержать мышление означает, прежде всего, удержать его в социо-культурном плане.

Эта статья является послесловием к закрытию КДКД в его нынешнем виде на рефлексивном семинаре http://club-seminar.livejournal.com/22831.html по этому поводу, состоявшемся в клубе 7-го июля 2015-го года.

Что такое мышление?

Мышление в широком смысле это всякая мыследеятельность, даже очень примитивная. Однако мышление в узком смысле есть компетенция структурировать реальности и, строя нормы сообразно им, следовать и нарушать их. Существует девять типов мыследеятельности: память, интерпретация, понимание, мышление, рефлексия, контрафлексия, контрарефлексия, медитация, остановка мыследеятельности.

Знать о них не означает владеть ими на уровне мыследеятельностной компетенции.

Память прививают и тренируют в воспитании, школьном и послешкольном институциональном образовании.

Интерпретации обучают в некоторых послешкольных образовательных институтах (но далеко не всех).

Пониманию учат чаще всего в уже специализированных мыслительных движениях и школах, поскольку массовые типы деятельности понимания не требуют. Всепониманию не учат нигде и никого, всепониманию учатся самостоятельно внутри жизненных-эпохальных вызовов.

Отдельным специальным типам мышления учат в некоторых институтах — экспертному, управленческому, политическому, стратегическому, исследовательскому. Менее известные типы мышления осваивают в неинституциональных школах и движениях. Это методологическое мышление (ему учат внутри соответствующих методологических школ, Г.П.Щедровицкий), латеральное мышление (ему учат на тренингах, Эдвард де Боно), философское мышление (ему учат на факультете философии, но учатся лишь внутри трансцендентных вызовов на текстах других философов), ТРИЗ (теория решения изобретательских задач, Генрих Альтшуллер), научное (обследовательское, реже теоретическое исследовательское) мышление (ему не учат в университетах и институтах, ему научаются лишь в исследовательской теоретико-практической деятельности) и т.д.

Рефлексию ставят внутри специальных мыследеятельностных ОДИ — в коллективной проблемной коммуникации. Рефлексия также может быть следствием решения сложных социальных и культурно-цивилизационных проблем. Очень редко рефлексия является индивидуальной способностью.

Контрафлексия и контрарефлексия это исключительно теоретически обоснованные типы мышления, необходимость которых проявляется в очень редких видах социальных практик — когда нужно одновременно сопровождать мышлением (и рефлексией) разные процессы. Ему пока не учат нигде.

Медитация — специфическая практика отрешения мышления от различных реальностей материального мира, чисто духовный процесс, дающий возможность постигнуть пределы материального мира во имя духовного совершенствования. Ему учат внутри соответствующих так называемых восточных традиций.

Остановка мыследеятельности — еще более специфическая практика, являющаяся чисто теоретическим развитием медитации, то есть это попытка выйти за пределы материального мира внутри медитации. Ему тоже учат в восточных традициях.

Мышление является базовым процессом и основной компетенцией мыследеятельности
, поскольку именно в мышлении осуществляется различение этих разных типов мыследеятельности, управление ими и переход между ними. Мышление также позволяет осмыслять эффективность каждого типа мыследеятельности. Именно мышление производит новые идеи (при участии понимания и рефлексии). Именно мышление создает новые установки мышления и новые мотивационные наставления. Именно мышление осуществляет сохранение и возобновление как самого себя, так и других типов мыследеятельности.

Здесь уместно процитировать отрывок из моей книги (Момент философии/Сергей Дацюк. — К.: Ника-Центр, 2013. — 280 с.):

«Думание это еще не мышление. Иногда в словаре можно прочитать, что некто есть философ, писатель, мыслитель. Я студентов спрашивал много раз: а почему этот некто мыслитель? На что они неизбежно отвечали: потому что он мыслил. Я задавал следующий вопрос: а вы мыслите? Да — отвечали студенты. Значит вы тоже мыслители? — спрашивал я, чем их озадачивал.

Абсолютное большинство студентов не являются мыслителями. Они — думатели. Некоторые из них думают, что они мыслят. Но они не мыслят, они лишь думают. В лучшем случае их научают думать научно, но и то не всех.

Думание есть функциональная способность сознания разрывно-связно отражать и различать в отдельных проявлениях реальность.

Мышление есть функциональная способность самосознания к разным способам думания. Иными словами, мышление есть способность различать разные реальности (разные нормы думания о реальностях), структурировать реальности (нормировать их), а также сравнивать и соотносить содержания разных реальностей. Мышление есть умение думанием выделять некоторое содержание, создавать внутри него нормативную иерархию и двигаться как внутри такой иерархии, так и вне ее.

Момент философии в своем индивидуальном измерении проявляется через переход от думания к мышлению.

Можно разграничить различные процессы думания-мышления в определенной последовательности происхождения-развития думания-мышления. Дума (разрывно-связное функционирование сознания), мысль как промысел (свободный поиск содержания для мысли), вымысел (воображение в его собственной реальности), домысел (разработка вымысла до его реальности), измышление (заимствование содержания из вымышленной реальности в наличную реальность), размышление (расширение содержания мыслимого), помысел (наброски мысли), замысел (намерение мысли), осмысление (распределение мыслей по различным реальностям), осмысливание (расположение мыслей в определенной реальности), промысливание (исследование мысли в определенной реальности)…
»

Мыслить, понимать и рефлексировать обязана элита, работать и обеспечивать элиту материально обязано остальное общество — такова примитивная схема разделения деятельности в обществе.

Социальное мышление происходит в квазиформах массового мышления (Хосе Ортега-и-Гассет) — общество думает пропагандой и рекламой внутри политических и экономических ситуаций и мемами для каждой важной социо-культурной ситуации. Уйти от этого без индивидуального освоения мышления невозможно.

Есть масса людей, уверенных, что если они не смотрят телевизор, то они избавлены от пропаганды, рекламы и ситуационных мемов. Это не так. Если вы даже не смотрите телевизор, то вы вынуждены общаться с теми, кто смотрит, а они массово и с удовольствием транслируют вам пропаганду, рекламу и ситуационные мемы.

Многие люди по своей социально-профессиональной принадлежности так же уверены, что они обладают мышлением: богатые, потому что они обрели богатство; политики, потому что они умеют манипулировать и управлять обществом; ученые, потому что они больше всех знают; эксперты, потому что они лучше всех умеют применять знания; философы, потому что они знакомы со многими общими идеями и концепциями. Однако это не так. Никакая профессия и социальная позиция не гарантирует наличие мышления. Мышление это результат индивидуальной способности к проблематизации, способности принять эти проблемы как индивидуальные вызовы и затратить усилия на то, чтобы совладать с этими вызовами.

Каковы общие признаки наличия мышления у кого-либо? Они весьма просты и могут быть оценены людьми с образованием и жизненным опытом. Это способность противостоять мейнстриму даже в агрессивной среде. Это способность хотя бы иногда в публичной коммуникации не употреблять банальности, мемы и пропагандистские штампы. Это способность не только демонстрировать знания и применять их, но и критически относиться к ним, а также создавать новые знания. Это способность к аргументированному критическому анализу ситуаций, к продумыванию их смыслов и перспектив. Это способность генерировать новые идеи. Это способность порождать новые мыслительные ходы, новые мыслительные установки, новые смыслы, новые мотивации. Это способность создавать и распространять новые идеалы (ценности) для всех.

Мышление всегда интересно. Мышление порождает мотивацию к дальнейшему мышлению. Мышление порождает смыслы, которые подхватываются коммуникацией. Мышление создает перспективы, которые осуществляются. Социальное мышление неизбежно порождает конфликт позиций и новые идеи, взгляды и видения как результат этого конфликта.

Коммуникация, рассчитанная на взаимопонимание (общение), недоговоренности, аллюзии, содержательно пустую многосмысленность, постмодернистское примирение множества истин не удерживает мышление на себе. Подлинное мышление имеет мало общего с постмодернизмом, который предъявил безусловные заслуги в деле обнаружения установок мышления и критики целого ряда модернистских мыслительных идей. Однако проблематизации и нигилистической критики, которую осуществляет постмодернизм, для мышления недостаточно, как недостаточно и многосмысловых метафор. Истина в мышлении сложная, но одна, а множество истин свидетельствует об отказе от мышления.

Для мышления мало указать антиодно и антидругое, смерть того и смерть сего. Мышление также не удовлетворяется играми с языком и будоражащими воображение метафорами. В этом смысле конструктивистские представления «структурное видение» (вместо «ризома»), «контрафлексия» и «контрарефлексия» (вместо «шизоанализ») и «конструктивное (виртуальное) тело» (вместо «тело без органов») порождают мышление намного более интенсивное и перспективное, поскольку несут в себе мыслеформы с концептуальным запасом мыслительной прочности и гибкости.

Негласный запрет на мышление

В современном мире мышление как компетенция имеет многоуровневую защиту от овладения им в массовом порядке. Здесь придумана и разработана масса социальных технологий — переориентация детей с чтения книг на экраны (компьютерные и телевизионные) порождает экранное (клиповое) думание-восприятие, отказ от спонтанных и субъективных экзаменов в пользу тестов, пропаганда потребительских мотиваций как единственного проявления свободы, пропаганда личного лидерства и индивидуальных достижений как следствия удачливости и некоторых правил успеха, а не результата деятельности мышления и т.д.

Те, кто читает и пытается понимать книги, всегда будут управлять теми, кто смотрит в экран, пытаясь лишь воспринимать и интерпретировать, и мало что понимая в безмыслии. В своей лекции «Чтение и мышление» я показывал процесс мышления как, прежде всего, порожденный чтением и поддерживаемый чтением. Клиповая экранная культура построена на умышленном разрывании содержаний, из-за чего сложный смысл не может сформироваться.

Хотя экранная культура и является более сложно структурированной, развивающее чтение с экрана происходит лишь в отношении смысловых единиц. И смысловой единицей для чтения является лишь то, что достаточно сложно устроено, имеет целый ряд многократно связанных указываний и ссылок на различные реальности. Смысловая единица чтения — книга (Интернет-книга), реже — статья, но не веб-страница, не пост, не комментарий.

Восприятие и понимание читающих устроено иначе, нежели восприятие и понимание участвующих исключительно в устной коммуникации или живущих в экранной культуре клипового содержания. Мышление у нечитающих отсутствует вообще — они не в состоянии удерживать большие сложно связные целостности, структурировать эти целостности сообразно разным способам понимания, преобразовывать их под разные задачи, организовывать иные целостности. Советская элита массовой доступностью и стимулированием к чтению и одновременным отказом от мышления при чтении предопределила крушение СССР. Люди в СССР были начитанными, но немыслящими.

Мышление это весьма специфический и опасный для общества процесс. Если все будут обладать компетенцией мышления, массы начнут понимать, что делает элита, ими станет трудно управлять, затраты на манипуляцию возрастут во много раз, а эксплуатировать такую массу станет невозможно. Поэтому мышление во многих обществах мира негласно запрещено или не поощряется.

Массовое мышление (или правильнее, думание) — это страшный сон элиты. Появление социальных сетей по-настоящему напугало мировую элиту. Западная элита имела против этого давно работающие инструменты — высокоуровневое потребительство прекрасно блокирует массовое мышление. Другие элиты в обществах с более низким уровнем потребления вынуждены были придумывать другие подходы. Арабская элита придумала не позволять широкий доступ в Интернет. Китайская элита придумала фильтровать Интернет. Российская элита пошла еще дальше — внедрением массовой агрессивной телепропаганды с блокирующими мышление мемами, блокированием отдельных, направленных на продвижение мышления Интернет-сайтов, разрушением коммуникации в социальных сетях Интернет путем специально нанятого и сориентированного троллинга.

Чтобы избежать негласного запрета на мышление, различные интеллектуальные группы придумали создавать собственные среды коммуникации, которые практикуют мышление, понимание и рефлексию и осуществляют специальные усилия, направленные на удерживание этих практик. Только в таких средах есть возможность установить дистанцию от массового запрета мышления.

Еще до того, как потенциальное мышление может принять на себя какой-либо вызов, само мышление является вызовом. Оно требует предварительного знания о том, что оно существует как нечто отличное от повседневного думания, оно требует внутренних усилий по индивидуальному его использованию и развитию, оно требует внешних усилий по преодолению элитных технологий блокирования и массового сопротивления обывателей в его индивидуальном публичном использовании, оно требует усилий для его коллективно-средового удержания в кризисные периоды в обществе.

Мышление не просто жесткий вызов, то есть вызов не считающийся ни с какими усилиями и затратами ресурсов (времени, организации, финансов, технологий). Мышление также жестокий вызов, ибо иногда для его индивидуального осуществления, публичного практикования и перспективного средового удержания приходится идти на жертвы — самостоятельные индивидуальные жертвы и невольные жертвы тысяч и миллионов бездумных обывателей, которые не готовы принять новые идеи, новые мыслительные установки и новые идеалы.

Вот и сейчас — новая гражданская идентичность, новая сетевая свобода есть, прежде всего, вызовы для мышления. Независимо от игнорирования масс, агрессивного сопротивления закостеневших мировых элит, ситуация выглядит весьма жестко и жестоко — тот, кто совладает с вызовами новой идентичности и нового типа свободы, тот выживет, а кто не совладает, того обстоятельства кризиса и войны ввергнут в депрессию и уныние или убьют насмерть.

Мышление в кризисе и войне спасает мир от погибели. Однако мышление может спасти мир, когда оно есть. Война в бездумном мире просто разрушительна — с огромным откатом назад и отдалением позитивной перспективы. Только удержание мышления как в индивидуальной, так и в средово-групповой практике дает шанс островкам мира на спасение во время кризиса и войны.

Различные формы открытого отказа от мышления

Мышление можно удерживать в его реальном действии. Мышление это живой, трепетный и бунтующий процесс. Мышление вообще нельзя хранить. Мышление можно лишь удерживать, ибо пока оно живет, оно рвется вдаль, стремиться ввысь, несется вскачь, рвет все оковы и разрушает все преграды. Еще точнее говоря, за мышление можно лишь держаться, отдавая ему весь разум, согревая его всем сердцем, вовлекая в него всю душу.

С формальной точки зрения в мышлении участвует и память, и восприятие, и воображение. Однако с психологической точки зрения, имеющей широкие экзистенциальные основания, мышление памяти и мышление воображения антагонистически противостоят друг другу. Чтобы акцентуировать себя на одном, нужно отказаться от другого. Диктат общественного думания повелевает — вспоминающий должен отказаться от воображения, а воображающий должен отказаться от памяти. Всякая акцентуация мышления, которая на первом шаге кажется лишь временной, продолжаясь длительное время, ведет к отказу от мышления.

В каждой такой акцентуации мышления, если достаточно развиты социальные институты тренировки мышления (воспитания, образования, публичной коммуникации), мышление превращается в его имитацию. Вроде все, как всегда, — и помним прошлое, и предвосхищаем будущее, а мышления нет. В этом смысле отказ от мышления связан с потерей сомнения, критичности, бунта как основных свойств мышления. Расширим тезис Декарта — где сомнения, критичности и бунта нет, там нет и мышления.

Когда в обществе возникают доминирующие мотивационные наставления сверхзначимых идей, они обязательно приводят к утрате активных мыслительных установок, что неминуемо порождает открытый массовый отказ от мышления в его различных формах — отложенное мышление, имитация мышления, преследование мышления, когда мышление отвергается и изгоняется.

Откладывание мышления на потом — важный признак увядания мышления: «сначала мы возьмем власть, а потом будем думать, что делать», «сначала мы завоюем мир, а потом придумаем для него универсальные смысл и перспективу», то есть в общем виде — «сначала мы получим некоторый ресурс, а потом будем думать, как его применить».

Отложенное мышление это мышление потом, когда-нибудь, не сейчас. Мышление не бывает потом. Мышление бывает только сейчас. Когда не хватает времени для мышления, мышления для времени тоже перестает хватать. Время без мышления становится безвременьем.

Негласный запрет мышления предполагает, что лишь те, кто в роду осваивает мышление или кто попадает в соответствующую узкую среду, где развивают мышление, могут мышление практиковать. Все остальные просто не будут догадываться, что такой процесс как мышление существует и что им можно овладеть, так как для немыслящих компетенция мышления не является различимой, опознаваемой и ценной.

Имитация мышления в условиях отказа от него принимает весьма разнообразные формы. Чаще всего, мышление в естественных науках оказывается разрешено, а мышление в гуманитарных науках открыто запрещено, сильно идеологизировано и жестко контролируется и цензурируется. Однако имитация мышления может также происходить и в естественных науках, которые подменяются технологиями, широкомасштабными проектами, которые так или иначе не касаются фундаментальной науки (ибо уже фундаментальная наука требует мышления). Имитация мышления также принимает формы зомбирующей коммуникации с весьма развитой и разнообразной аргументацией, которая, однако, не терпит никакой критичности и сомнения в некоторых идеологически важных вопросах.

Отказ от мышления страшен невероятной двойной имитацией — бездумное общество имитирует мышление, и мыслящего индивида объявляет потерявшим мышление, разучившимся мыслить. Бездумное общество с огромной энергией устраивает охоту на ведьм, шельмование (инако)мыслящих, цензуру любых попыток критичности, сомнения и бунта в формальных процессах мышления. Иначе говоря, в бездумном обществе мыслящий индивид вынужден имитировать бездумность, аполитичность, невовлеченность в общественные дела и т.д.

Индивидуальное мышление в таком обществе может выжить, лишь будучи изолированным от общества. Однако изолированное от общества мышление чрезвычайно затратно — оно порождает ощущение мыслимой избыточности, бесполезности и бесперспективности. Изоляция индивидуального мышления от общественного безмыслия трудно переживается как бездумным обществом, так и мыслящим индивидом.

В бездумном обществе ценность мышления не просто снижается, она становится отрицательной: бездумно иди за большинством, и все у тебя будет, как у всех, или начни думать, и жизнь твоя превратиться в социальный ад. Так судьба мышления во всякие сложные времена отказа от мышления становится невероятно драматичной и печальной.

Индивидуальное мышление для успешной жизни вовсе не обязательно. Человек во многих жизненных обстоятельствах может использовать стереотипные реакции, шаблоны деятельности, социальные нормы, внешние экспертные оценки и персональные консультации. Такой подход может привести к власти, богатству и даже известности. Однако удержать власть, богатство и известность такой подход не позволит. Кризис — есть экзистенциальный вызов мышления, требующий трансцендентности мышления об ином. Иное не купишь за деньги, не создашь под принуждением, не обнаружишь случайно. Если в ситуации неминуемых кризисов человек не принимает вызов мышления самостоятельно, и внутри появившегося мышления не научается принимать вызовы кризиса, он теряет свой статус.

Индивидуальное мышление это вызов, который иногда стоит не только жизненного комфорта, но и самой жизни. От индивидуального мышления в личном плане можно отказываться, если где-то рядом есть другая мыслящая личность, которая критично отнесется к происходящему, обобщит, осмыслит и оперспективит происходящее. Однако если таких мыслящих личностей становится сначала все меньше, а потом они вообще исчезают (эмигрируют вовне или внутрь себя), то это значит, что мышления в обществе больше не осталось.

С обществом в целом такой подход тоже может сработать — бездумное общество может некоторое время за счет мобилизации всех своих сил сохраняться. Однако за это придется чем-то пожертвовать — демографической катастрофой, потерей территории проживания, пассионарным надломом и т.д. Если Господь хочет наказать человека, он отбирает у него разум, а если Господь хочет наказать общество, он не позволяет ему мыслить самостоятельно.

Как же мыслит общество в целом? Мышление целого общества неизбежно выходит на иной уровень и масштаб мыслимости — цивилизационное мышление. Об этом мы поговорим во второй части — «Потеря и возвращение мышления».
All this has happened before. All this will happen again - Всё это было прежде, и повторится вновь.
So Say We All - И Это Наше Слово.
Pro Aris et Focis : За алтари и очаги!
http://falangeoriental.blogspot.com
Аватара пользователя
Олег Гуцуляк

 
Сообщений: 4627
Зарегистрирован: 31 окт 2009, 01:22
Откуда: Ивано-Франковск, Галиция, Украина

Re: Когнитивистика, метафора и культура

Сообщение Александр Волынский 24 июл 2015, 19:40

Серль своей "китайской комнатой" опроверг возможность создания искусственного интеллекта путем редукции семантики до машинного синтаксиса.

Хомский не занимался вообще мышлением, он занимался лингвистикой. Мышление включат и визуальные образы, поэтому мышлением обладают все животные с кортексом, а языком обладают только люди у которых есть структуры синтаксиса. Проблема ИИ в том, что не понятно как мыслят животные.
אור לגויים свет народам
Аватара пользователя
Александр Волынский

 
Сообщений: 9394
Зарегистрирован: 30 мар 2010, 22:06
Откуда: Афула, долина Армагеддона, Израиль

Re: Когнитивистика, метафора и культура

Сообщение Неомарксист 24 июл 2015, 20:19

Александр Волынский писал(а):Мышление включат и визуальные образы, поэтому мышлением обладают все животные с кортексом, а языком обладают только люди у которых есть структуры синтаксиса. Проблема ИИ в том, что не понятно как мыслят животные.

Мышление в первую и главную очередь включает в себя рефлексию, то, что отличает человека от животных, благодаря ей человек может не просто знать нечто, но ещё и знать о своём знании. поэтому животное как и робота нельзя научить чему либо что не заложено в его генетической или компьютерной программе. и здесь проблема не в несовершенстве дрессуры или компьютерного кода, а в том, что инстинктов и синтаксиса недостаточно для существования семантики и мышления. ИИ = очень хорошо выдрессированная обезьяна, которая извлекает квадратные корни и решает дифуры бездумно используя заранее написанный набор правил без каузальных свойств человеческого мозга, его способности продуцировать интенциональные состояния. в принципе этого достаточно для создания подконтрольной человеку Матрицы с ИИ, решающей все его проблемы. но проблему работы разума и творческого процесса это не решит никак.
Форум "УРАНОПОЛИС: Содружество Духовных Коммунистов"
http://newleft.forum24.ru/
Аватара пользователя
Неомарксист

 
Сообщений: 1809
Зарегистрирован: 02 авг 2010, 00:12
Откуда: Питер

Re: Когнитивистика, метафора и культура

Сообщение Александр Волынский 25 июл 2015, 10:12

В реальности подсознание выдает нам однозначный вариант, как и процессор. Все что человек может сознательно сделать это оправдать уже принятое подсознанием решение. Сознание это и есть "Я", которое совершенно не участвует в формировании речи, все что может сделать человек, в отличии от животных, это ПРОМОЛЧАТЬ.
Когда человек "тщательно подбирает слова" это не значит, что он не знает что сказать, а останавливает себя чтобы "не сказать лишнего".
Еще раз повторю, синтаксис и даже семантика это автоматические процессы, как и у процессора. Рефлексия возникает после понятийным мышления. Понимание это возникновение синапса. Обычная рефлекторная дуга у животных возникает при интеграции врожденных паттернов, типа мясо-слюна, с внешними раздражителями, типа лампочка или звонок, получается рефлекс в котором реальное мясо соеденяется со звонком и теперь уже звонок вызывает слюну. Я уверен, что у собаки вместе со звонком не просто идет слюна, а и возникает ОБРАЗ мяса и его запах. Семантика это такой же автоматический процесс, гораздо более примитивный чем синтаксис.
Понятийное мышление человека это создание рефлекторной дуги между ОБРАЗАМИ через РЕКУРСИЮ.
Но метафорическое мышление это уровень даже выше чем понимание, это уже творческое моделирование.
אור לגויים свет народам
Аватара пользователя
Александр Волынский

 
Сообщений: 9394
Зарегистрирован: 30 мар 2010, 22:06
Откуда: Афула, долина Армагеддона, Израиль

Re: Когнитивистика, метафора и культура

Сообщение Неомарксист 25 июл 2015, 13:12

Александр Волынский писал(а):В реальности подсознание выдает нам однозначный вариант, как и процессор. Все что человек может сознательно сделать это оправдать уже принятое подсознанием решение.

Человек примитивнее буриданова осла, который так и не смог принять однозначное решение?
Но даже в классическом фрейдистском психоанализе человек СОЗНАТЕЛЬНО подавляет свои комплексы и вытесняет их в бессознательное, удерживая их там. в шизоанализе Делёза и Гваттари человек вообще сумма желающих машин, из которых сознание только одна из машин внутри тела. при этом сознание влияет на другие машины желания также как и они на него. ни о каком однозначном варианте выбора речи не идёт в силу слишком большой сложности и недерминированности человеческой психики. и это в рамках материалиалистической психиатрии. а если подключить сюда духовную метафизическую компоненту, то всё запутывается вообще до невозможности.

Александр Волынский писал(а):Понимание это возникновение синапса.

?
Синапсы есть у раков и кольчатых червей, но только они почему то не мыслят и не осознают происходящего.
Значит дело не в формальных принципах работы синапса по передаче электрического импульса, а в синергетическом свойстве МОЗГА КАК СИСТЕМЫ определенного рода с определенной биологической (т. е. химической и физической) структурой, каузально продуцировать при определенных условиях - восприятие, действие, понимание, обучение и другие интенциональные феномены.

Александр Волынский писал(а):Семантика это такой же автоматический процесс, гораздо более примитивный чем синтаксис.

Форма сложнее содержания? такого не может быть.
Наоборот, манипуляция формальными символами сама по себе не обладает никакой интенциональностью; она лишена смысла; она даже не является манипуляцией символами, ибо эти символы ничего не символизируют. Используя лингвистический жаргон, можно сказать, что они имеют лишь синтаксис, но не имеют семантики. Такая интенциональность, которой, как кажется, обладает компьютер, существует единственно в мозгах тех людей, которые запрограммировали его и используют его, посылают нечто на вход и интерпретируют то, что появляется на выходе.

Александр Волынский писал(а):Понятийное мышление человека это создание рефлекторной дуги между ОБРАЗАМИ через РЕКУРСИЮ.

Механизм возникновения сознания и понимания не изучен и не исследован даже приблизительно.
Даже такой титан нейрофизиологии как Бехтерева, возглавлявшая раньше питерский Институт Мозга, развела руками: "исследования, проводимые в нашем Санкт-Петербургском НИИ мозга, подтвердили: мы не можем объяснить механику творческого процесса. Мозг может генерировать лишь самые простые мысли типа, как перевернуть страницы читаемой книги или помешать сахар в стакане. А творческий процесс — это проявление совершенно нового качества" (Интервью Н.П. Бехтеревой газете «Волжская правда», 19 марта 2005 года)

Как бы то ни было, но провал попыток создания ИИ с помощью математических моделей, формализованных в синтаксисе, доказывает то факт, что искать нужно не там. В функционировании мозга важна не та формальная тень, которую отбрасывает последовательность синапсов, а действительные свойства этих последовательностей. Все знакомые мне аргументы в пользу сильного варианта ИИ настаивают на том, чтобы нарисовать некий абрис, следуя тени, отбрасываемой познанием, и затем утверждать, что эти тени и суть та самая штука, тенями которой они являются. В чем бы ни заключалось продуцирование мозгом интенциональности, оно не может заключаться в инстанциировании некоей программы, ибо никакая программа сама по себе недостаточна для интенциональности.
Форум "УРАНОПОЛИС: Содружество Духовных Коммунистов"
http://newleft.forum24.ru/
Аватара пользователя
Неомарксист

 
Сообщений: 1809
Зарегистрирован: 02 авг 2010, 00:12
Откуда: Питер

Re: Когнитивистика, метафора и культура

Сообщение Александр Волынский 25 июл 2015, 21:01

Человек примитивнее буриданова осла, который так и не смог принять однозначное решение?

Вторая сигнальная система не связана с принятием решений, а только с возможностью оперировать символами.
?
Синапсы есть у раков и кольчатых червей, но только они почему то не мыслят и не осознают происходящего.

Понимание и самый примитивный рефлекс актуализируются через синапс. Нет синапса - нет понимания, хотя очевидно, что одного синапса недостаточно. Необходимо учитывать и синергетические свойства МОЗГА КАК СИСТЕМЫ.
Форма сложнее содержания? такого не может быть.

Формальный синтаксис это содержание сложнейшей иерархической нейронной сети. Семантика это достаточно примитивное поле ассоциаций, хотя и обширное. При травмах мозга семантику можно восстановит, а вот если поражен синтаксис речь восстановить крайне сложно.
Механизм возникновения сознания и понимания не изучен и не исследован даже приблизительно.

Сознание и понимание это очень разные вещи. Понимание связано с обучением и его механизмы активно изучаются. А вот к сознанию даже не очень понятно как подойти. Сон это сознательное или бессознательное состояние? Как сознание связано с окружающим миром и как связано с рефлексией? Проще говорить о воле. Волевой импульс это всегда следствие текущего состояния мозга, которое может быть связано с предидущим состоянием мозга, а это и есть РЕКУРСИЯ. Т е процесс запущен актом зачатия т е сознание это актуализация ТВОРЕНИЯ.
אור לגויים свет народам
Аватара пользователя
Александр Волынский

 
Сообщений: 9394
Зарегистрирован: 30 мар 2010, 22:06
Откуда: Афула, долина Армагеддона, Израиль

След.

Вернуться в Традиция и Культура


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1