*ЛЮТЕРАНСКОЕ ПРИЧАСТИЕ*

*ЛЮТЕРАНСКОЕ ПРИЧАСТИЕ*

Сообщение Алексей Ильинов 27 янв 2010, 14:40

Изображение

*ПРИЧАСТИЕ*

Между крещением и причастием существует связь, так как причастие имеет целью подтвердить прощение грехов, дарованное в крещении. Причастие, как и крещение основано на установлении Христа. Причастие - это не просто символическая общая трапеза, которой дается христианское истолкование, но оно мотивировано повелением Самого Христа, в соответствии с описанием первого причастия, которое мы находим в сходных, но не одинаковых формулировках у первых трех евангелистов и у апостола Павла (Мф. 26:26-28; Мк. 14:22-24; Лк. 22:19; 1 Кор. 11:23-25).
Никакое учение о причастии не может исчерпывающе описать содержание и значение причастия. Если рассматривать его цель, будет вполне достаточно сказать, что оно совершается и принимается в соответствии с установлением и повелением Самого Иисуса: "Сие творите в Мое воспоминание". Однако, в Евангелии едва ли найдется какой-то другой аспект, который вызывал бы столько споров и которому давали так много толкований, как значение причастия. По этой причине было разработано "учение о причастии", которое уточняет толкование слов установления и устанавливает его границы.
Особенно в эпоху Реформации учение о причастии оказалось в центре богословской дискуссии, и с тех пор его формирование решающим образом определялось теми уточнениями, которые были предложены при противопоставлении лютеранского, реформатского, спиритуалистского и римско-католического понимания причастия. В современной дискуссии появились новые точки зрения, но было бы слишком смелым утверждением говорить, что тем самым были оставлены в стороне проблемы, обсуждавшиеся в эпоху Реформации.
Содержание причастия можно изложить не вдаваясь в подробности споров и различных попыток истолкования. Хороший пример этого - изложение Лютера в обоих катехизисах, написанных в 1529 году, то есть в конце того десятилетия, когда проходили основные споры о причастии, и когда он в ходе полемики прежде всего с Карлштадтом и Цвингли развивал свою точку зрения. Однако, в катехизисах не уделяется места этой полемике, хотя понимание - "учение о причастии" - в них, разумеется то же, что и в полемических произведениях того времени.
Указывая на то, что установление причастия можно рассматривать как учреждение Христом завета, лютеранские реформаторы уделяли наибольшее внимание точному и буквальному толкованию слов установления. Поэтому, были отвергнуты различные формы символического толкования, и в то же время сохранен сакраментальный характер причастия. Была также отвергнута появившаяся в Средние Века идея о превращении субстанции (пресуществлении) хлеба и вина. При этом, согласно их определению, речь идет об истинном "единстве" хлеба и Тела Христова, вина и Крови Христовой, "unio sacramentalis". В Кратком Катехизисе говорится об "истинных Теле и Крови Иисуса Христа под видом хлеба и вина".
Приведенное толкование обычно называют учением о "реальном присутствии" (то есть о реальном присутствии Тела и Крови Христа). В связи с некоторыми новыми изложениями этого учения, в которых более обобщенно говорится о присутствии Личности Христа, следует подчеркнуть, что здесь идет речь о другом виде присутствия Христа, чем например, Его присутствие в соответствии со словами: "Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них" (Мф. 18:20). В соответствии с тем, что непосредственно говорится в словах установления, речь идет о том, что Тело и Кровь Христа присутствуют (vere adsint) в хлебе и вине, с хлебом и вином и под видом хлеба и вина. Вера в присутствие в этом смысле слова тесно связана со словом обетования, которое заключено в установлении и становится актуальным в причастии. Когда произносимые слова отождествляют "Тело Христово" и "хлеб" (praedicatio identica), согласно лютеранскоиу толкованию, это не следует понимать, как пресуществление; истинны оба высказывания: "Это есть действительно хлеб" и ""Это есть Тело Христово". Как только что было указано, речь идет не о физическом единстве, а о "сакраментальном" единстве, то есть оно существует лишь в связи с таинством и в силу слов обетования. Это сходно с тем, что личностное единство между Богом и человеком во Христе не означает превращения человеческого в нечто божественное, но значит, что этот человек, Иисус Христос, одновременно есть Бог. Таким же образом, хлеб в причастии есть действительно хлеб, но в то же время, недоступным для нашего понимания образом, есть Тело Христово. Здесь уместна сентенция Августина: Praesentiam credimus, modum nescimus (В присутствие верим, образа не знаем).
Из вышесказанного становится понятным различие между этим толкованием и римско-католическим учением о пресуществлении. На основании этого, важно обратить внимание на то, как понимают консекрацию (то есть освящение хлеба и вина для того, чтобы они стали Телом и Кровью Христа). Согласно католическому представлению, чтение слов установления означает эффективное действие, вызывающее чудо пресуществления. Согласно общепринятому лютеранскому представлению, при консекрации через чтение слов установления не происходит изменения элементов. И все же можно говорить об истинной "консекрации"; цель слов установления состоит не только в воспоминании о первом причастии; элементы в связи с ним не остаются просто обычными хлебом и вином. Но сакраментальное соединение между элементами и Телом и Кровью Христа вызывают не слова священника, как таковые, а обетование Самого Христа, то есть строго говоря, установление таинства Самим Христом при первом причастии. Через чтение слов установления устанавливается связь данной трапезы с причастием Самого Христа, и тем самым, с Его обетованием и предписанием. В этом заключается содержание консекрации, что подробно изложено в Формуле Согласия, арт. VII. "Не наши слова и действия, но повеление и установление Христово делают хлеб Его Телом, а вино - Его Кровью, с первого причастия и до конца времен".
В Аугсбургском Вероисповедании, арт. X, говорится, что Тело и Кровь Христовы "даются тем, кто ест и пьет (vescentibus) в причастии". Впоследствии это стало предметом разногласий в спорах с реформатами, которые считали, чтолишь верующие принимали Христа. На первый план для лютеран здесь снова выходит прямое толкование слов установления: причастие Тела и Крови Христа происходит через телесное вкушение, а не только через общение веры с небесным Христом, как считали реформаты. Следствием лютеранской точки зрения становится то, что нечестивые причастники также приобщаются Тела и Крови Христа, хотя не в благословение, а в осуждение. В связи с этим говорят о "manducatio oralis" (вкушении устами) в отличие от "manducatio spiritualis" (духовного вкушения) и о "manducatio impiorum" (вкушении нечестивых) в отличие от "manducatio piorum" или "fidelium" (вкушения благочестивых или верных), для того, чтобы отличить лютеранское понимание причастия от реформатского.
Разумеется, лютеране также говорят о духовной сопричастности, в отличие от внешнего вкушения. Эти две стороны учения о причастии объясняются без использования специальных терминов в известных словах Лютера в Кратком Катехизисе о том, что является существенным в таинстве: "Конечно, не ядение и питие совершают это, но приведенные здесь слова: "За вас преданное и пролитая во оставление грехов", эти слова, наряду с телесным вкушением и питием, являются существенными в этом таинстве. Ибо тот, кто верит в эти слова, имеет то, что они содержат и обещают, а именно, прощение грехов".
Из вышесказанного видно, что цель и значение причастия в том, чтобы укрепить общение со Христом и быть напоминанием о Его жертвенной смерти. В то же время, оно есть знак взаимного общения между христианами (ср. выражение "communion" от слова communio, общение). "Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова? Один хлеб, и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба" (1 Кор. 10:17). В этих словах причастие связано с "Телом Христовым" в том смысле, который это выражение также имеет в других местах у апостола Павла, а именно, христианская община или церковь. Общение влечет за собой обмен: как грех людей возлагается на Христа и обменивается на Его праведность, так и христиане обязуются носить бремена друг друга. Горе и страдание одного обменивается на помощь и поддержку других. Заботы и утешение, искушения и радости в христианской общине становятся общими. Причастие является одним из данных самим Иисусом знаков этой общности и действенным средством, чтобы укрепить ее.
Мотив общности в приведенном выше смысле часто упускали из виду в учении о причастии. Однако, в древней церкви он проявляется ярко. В эпоху Реформации он стал явным вновь, например, в трактате Мартина Лютера (1519) "Sermon von dem hochwurdligen Sakrament", но позднее оказался на заднем плане.
Причастие часто связывали с идеей жертвоприношения. Вопрос о том, в какой степени это оправдано, обсуждался не только в эпоху Реформации, но и в наши дни. Так называемое учение о жертвоприношении мессы, созданное в Средние Века, как известно, было отвергнуто реформаторами. Они выступили против того, что причастие считалось обрядом примирения, который выполнялся рукоположенным священником и считался действительным в силу самого действия (ex opere operato).Идея о жертвоприношении мессы основана на неправильном толковании значения причастия; его считают повторением и завершением примирительной жертвы Христа, с элементами в качестве жертвенного дара. В противовес этому, реформаторы подчеркивают, что причастие - это не жертва, которую мы приносим, а скорее дар, который мы принимаем. Для того, чтобы избежать неправильного толкования многозначного, а следовательно неясного понятия жертвы, оно было устранено из евангелических причастных литургий.
Однако, был поставлен вопрос о том, нельзя ли называть причастие жертвой в ином смысле слова, или не содержит ли оно жертвенные мотивы. Этот вопрос подробно рассматривается уже в символических книгах, например, в Апологии. При этом говорится, что жертвенная смерть Христа раз и навсегда (Евр. 7:27; 9:12) сделала излишними жертвоприношения в смысле жертв примирения, которые например, предписываются в Ветхом Завете. Поэтому, идея о причастии, как жертве примирения, неприемлема. Однако, в контексте Нового Завета существует идея жертвы, как выражения благодарности христианина Богу ("жертва хвалы"). В этом смысле можно сказать, что каждое богослужение содержит мотив жертвы, также как жизнь христианина в служении ближнему можно рассматривать как выражение такой жертвы, "духовное служение в Храме" (Рим. 12:1).
Единственное, что остается от идеи жертвоприношения при таком толковании значения причастия - это то, что оно является выражением жертвы благодарения, связанного с христианским богослужением, что также подчеркивается в наименовании причастия, а именно, "евхаристия", что и означает благодарение.
То, что причастие также является воспоминанием о смерти Христа, и тем самым о Его жертве, ясно вытекает из слов установления, но эта идея явно отграничена от идеи жертвы, выраженной в учении о жертвоприношении мессы. Такое воспоминание не превращает причастие в жертвоприношение, но означает, как сказано выше, что оно есть дар, который предлагается и приобщает к плодам жертвы Иисуса Христа, принесенной однажды и за всех.

Фрагмент работы Бенгта Хегглунда "Модели веры": http://www.soluschristus.ru/biblioteka/ ... _tainstva/
"Vielleicht wird das Dritte Reich ein germanisch-slawisches Reich des noch seiner Entdeckung harrenden östlichen Christentums sein" (Erich Müller-Gangloff)
Аватара пользователя
Алексей Ильинов

 
Сообщений: 5353
Зарегистрирован: 24 ноя 2009, 14:43

Re: *ЛЮТЕРАНСКОЕ ПРИЧАСТИЕ*

Сообщение Алексей Иваненко 27 янв 2010, 20:42

Отказ от жертвы прежде всего означает отказ от касты жрецов.
Аватара пользователя
Алексей Иваненко

 
Сообщений: 218
Зарегистрирован: 24 янв 2010, 20:07
Откуда: Санкт-Петербург

Лютеране против кальвинистов

Сообщение Максим Борозенец 03 фев 2010, 22:03

А.Г. Дугин "Метафизика Благой Вести", глава XIX - Протестантский вопрос

"(...) Во-первых, в протестантизме есть две принципиальные версии, объединяющие, в свою очередь, множество более мелких сект. Первой является лютеранство — та форма протестантизма, которая обязана своей структурой Мартину Лютеру, сформулировавшему внушительный кодекс антикатолических, антиватиканских воззрений. Лютеранство стремилось вернуться к раннему христианству, считая ватиканский период Церкви извращением изначальной идеи и отходом от ясности Благой Вести. В основе критики Лютера лежали не столько исторические, политические, индивидуальные или социальные мотивы (как неверно считают сегодня), сколько принципиальное недовольство той компромиссной мистической природой католичества, о которой мы говорили выше. Лютер упрекал Ватикан в иудеохристианстве, в “фарисействе”, в искажении метафизического смысла Воплощения, которое обращено к сердцу каждого христианина, минуя толкователей, “книжников” и посредников. Лютеране отвергают верховенство Папы Римского и отбрасывают церковный литургический ритуализм и христианские таинства как “ненужную” преграду между сердцем человека и полнотой божественной Любви.

Любопытно, что лютеранская ветвь протестантизма выдвигает против католичества практически те же самые доводы, что и Православие. Православные также считают, что догматические уложения после первых семи Вселенских Соборов не обладают такой же однозначной истинностью, как ранее, и следовательно, догматическое творчество Ватикана лишь ограничивает метафизическую свободу верующих. По большому счету, Православие также укоряет Ватикан в иудеохристианстве, как и лютеранство. Разрешение брака для священства, на котором настаивал Лютер, еще в одном вопросе сближает лютеран с православными, и мы видели в предыдущей главе, каким внутренним значением наделен этот вопрос в полноценной традиционалистской перспективе. Апостол Павел был излюбленным евангельским авторитетом лютеран, и иногда даже весь протестантизм называют “Церковью апостола Павла”. Но именно Павел является наиболее совершенным выразителем сугубо христианской метафизики, подлинного христианства третьего пути, где нет “ни иудея, ни эллина”(125).

Лишь в тех вопросах, где дело касается отказа от таинств, литургии, икон и других атрибутов христианского культа, возникает глубинное расхождение между Православием и протестантизмом лютеранского типа.

Лютеранство породило в свой начальный период глубоких созерцателей и теологов — таких, как Яков Беме, Теодор Гихтель, фон Баадер и др., чьи космологические и богословские идеи были гораздо ближе к православной созерцательной традиции, чем к католическому мистицизму (именно поэтому Беме, например, был так популярен в определенных православных кругах). Но в силу многих причин антикатолическая Реформация Лютера, несмотря на свою во многом справедливую ориентацию и оправданное стремление вернуться к метафизическим истокам христианства, не смогла встать на единственно правильную православную точку зрения, которая подтвердила бы протестантски обоснованный антикатолицизм, но одновременно сохранила бы Реформацию от сектантства, ереси и освятило бы своим апостольским авторитетом и мистической природой справедливый протест всех взыскующих подлинной метафизической жизни людей, увлеченных лютеранством. Итак, можно сказать, что лютеранство, особенно в первые свои периоды, было довольно двусмысленной реальностью, имеющей как негативную, так и позитивную стороны. И самыми негативными в нем были отказ от таинств, догматический ревизионизм и неспособность встать на православную точку зрения.

Второй вариант протестантизма воплотился в Кальвине и кальвинизме. Формально являясь частью общего процесса Реформации, это движение имело противоположный лютеранскому метафизический смысл. Кальвинизм выступил против католичества почти с ветхозаветных позиций, стремясь “очистить” римское христианство от того, что было в нем наиболее христианским. Кальвин, в отличие от Лютера, апеллировал более всего именно к ветхозаветной традиции, стремясь противопоставить католическому “иудеохристианскому” компромиссу еще более иудаизированную версию христианства. В кальвинизме были абсолютизированы наиболее негативные стороны Реформации и возрожден “материалистический”, моралистический и социальный аспект евионизма. Роль Исуса Христа и Воплощения была низведена до иудейского понимания функции мессии, при почти полном отказе от всех сугубо христианских метафизических тенденций. И именно в случае кальвинизма можно говорить об однозначно негативной, разрушительной роли Реформации и антикатолицизма. Кальвинистская теология была пародией на католическую схоластику, лишенную всякого метафизического или полноценно космологического элемента (сохранявшегося, несмотря ни на что, в католическом богословии). Именно кальвинистский вариант протестантизма вообще нельзя причислять к разновидности христианства как такового, поскольку в нем утрачены все основные догматические, ритуальные и метафизические принципы сущностно христианской Веры.

По сравнению с Православной Церковью кальвинизм представляет собой нечто прямо противоположное ей, являясь законченной и последовательно антиправославной доктриной в еще большей степени, нежели доктриной антикатолической."
Ex Borea Lux! - Из Севера Свет!
Аватара пользователя
Максим Борозенец
Администратор
 
Сообщений: 3429
Зарегистрирован: 30 окт 2009, 23:45
Откуда: Дания, Копенгаген

Re: Лютеране против кальвинистов

Сообщение Алексей Иваненко 03 июн 2010, 21:29

Максим Борозенец писал(а):Лишь в тех вопросах, где дело касается отказа от таинств, литургии, икон и других атрибутов христианского культа, возникает глубинное расхождение между Православием и протестантизмом лютеранского типа.


Совсем неверное понимание лютеранства. Нет никакого отказа от таинств. Лютеране как и православный авторитет Иоанн Дамаскин признают два заповеданных Христом таинства: крещение и причастие. Причем богословие причастия отталкивается от идеи Вселенских соборов о мистическом соприсутствии Бога в материальном мире в момент Таинства (неслиянно и нераздельно). Лютеране отправляют свои богослужения на основе Формулы Мессы мартина Лютера, которая древнее Тридентского канона католической мессы. Специальных догматических постановлений против икон в лютеранстве нет, хотя место икон в лютеранских храмах обычно занимает алтарная картина.

Расхождение между лютеранством и православием в том, что православие слишком католично (тоже папство, только без папы)
Аватара пользователя
Алексей Иваненко

 
Сообщений: 218
Зарегистрирован: 24 янв 2010, 20:07
Откуда: Санкт-Петербург

Re: *ЛЮТЕРАНСКОЕ ПРИЧАСТИЕ*

Сообщение Алексей Ильинов 04 июн 2010, 10:22

(тоже папство, только без папы)

Алексей, так в том то и дело, что уже и до папоцезаризма недалеко. :? Ведь не случайно, что нынешнего Святейшего Патриарха кое-какие критики называют чуть ли не Папой. Те же, например, неовизантисты-неоконы (Малер, Фролов и иже с ними) очень даже близки к осознанию оного. :)
Кстати, недалеко от своей работы, прямо в центре города, обнаружил не так давно лютеранский храм, который размещается в старинном, ещё XIX века, здании. Быть может отважусь туда даже заглянуть.
"Vielleicht wird das Dritte Reich ein germanisch-slawisches Reich des noch seiner Entdeckung harrenden östlichen Christentums sein" (Erich Müller-Gangloff)
Аватара пользователя
Алексей Ильинов

 
Сообщений: 5353
Зарегистрирован: 24 ноя 2009, 14:43

Re: *ЛЮТЕРАНСКОЕ ПРИЧАСТИЕ*

Сообщение Алексей Иваненко 04 июн 2010, 18:46

Алексей, православие, а точнее РПЦ, с разных сторон видится по разному с лютеранских позиций все "плохое" в православии - это "папизм": внешня иерархия замешанная на подкупе должностных лиц, томистская идея претворения вина в кровь, идея 7 таинств, иконостас с "царскими" воротами (только для царя)
Аватара пользователя
Алексей Иваненко

 
Сообщений: 218
Зарегистрирован: 24 янв 2010, 20:07
Откуда: Санкт-Петербург


Вернуться в Нордическое лютеранство


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1